— Моя жизнь и так полна проблем, поэтому я думаю, что не вправе обсуждать чужие.
За столом наступило неловкое молчание, и Сьерра ощутила на себе пристальный взгляд трех женщин, обуреваемых смешанными чувствами.
Марша заморгала, глаза ее расширились от удивления.
— Думаешь, мы сплетничаем? — протянула она с осуждением в голосе.
Сьерра поочередно окинула взором всех сидящих за столом. Глаза Марши и Нэнси пылали праведным негодованием. Эди же, напротив, выглядела смущенной.
— Думаю, вы проявляете слишком большое беспокойство, — вскользь заметила Сьерра, прикидывая, не скрывают ли они под маской внимания некие менее альтруистичные мотивы.
— Наше беспокойство совершенно естественно, — заверила Марша, — ведь мы любим Мередит.
— И Эшли, — добавила Нэнси.
— И Лоррейн, — поддакнула Эди. — Ты знаешь, что это так.
— Да, я знаю, — уступила Сьерра, в душе очень надеясь, что ее саму минует сия «чаша любви». — Просто подобными разговорами вряд ли можно чем-то помочь.
— Тогда чем можно? — поинтересовалась Нэнси.
— И мне бы хотелось знать.
Сьерра обвела их взглядом, не зная, что еще сказать. Она увидела их холодные глаза и воинственные позы и неожиданно осознала, что ей очень хочется быть похожей на свою мать. У мамы всегда имелись в запасе мудрые, ободряющие слова.
Общество этих женщин с самого начала знакомства оказывало на нее стимулирующее воздействие и требовало напряжения сил.
С ними она снова смеялась. Снова думала. Они открыли ей глаза на этот мир. Сьерра была уже не той наивной девочкой из маленького провинциального городка, которую год назад привез в Лос-Анджелес Алекс. За это она была им благодарна. Но иногда она ощущала, что за изысканностью, широкими познаниями и житейской мудростью, которыми они бравировали, в действительности ничего не стояло. Ничего существенного. Они ничего не знали. Ничего, что могло хоть что-то изменить. А если б знали, разве не отразилось бы это на их жизни?
Она нахмурилась, вспомнив эти слова: частенько мама повторяла их. И снова посмотрела на сидящих за столом женщин. Нехорошо получилось, что по ее вине оборвался разговор. Нет, не стоит даже и пытаться говорить о Боге! Возможно, мама справилась бы, но Сьерра не была так уверена, что у Него можно найти ответы на все вопросы. А если и так, то, определенно, Он не очень-то стремился поделиться ими.
Не с ней, во всяком случае.
Она снова заерзала на стуле, не понимая, почему чувствует себя такой подавленной.
