– Тогда лучше молчи.
За помятые грядки нам чуть было не попало. Но стоило Янине увидеть меня, добрая женщина расплылась в улыбке и предложила мне… под душем помыться!
Уж как я обрадовалась, просто не передать.
Захватив из дома большую простыню вместо полотенца и халатик игривой расцветочки (где его Иаллин взяла – ума не приложу), я отправилась баловать себя. И только случайно в маленьком отколотом кусочке зеркала, приколоченном к деревянной кабинке, которую издалека легко спутать с другим очень нужным местом, особенно если сильно приспичило, увидела свое отражение.
Каюсь, орала я слишком громко, как стало потом известно – один петух скончался от разрыва сердца, а три вообще от зависти еще месяц молчали. Но зато на другом конце деревни резко отелилась корова, с которой мучились уже вторые сутки.
Вся наша честная компания, вывалившаяся из дома посмотреть, кто же меня здесь убивает, заметив мой кровожадный взгляд, разом побледнела.
– Ну и как это называть? – указала я на свою голову.
Глубоко вздохнув, я попросила себя не нервничать. Не помогло.
– И как давно я начала становиться блондинкой?
– После наемников, – любезно подсказал Мальгольм. – А некромант это только усугубил.
Сделали из меня… блондинку. Громко фыркнув, я скрылась за ширмочкой и начала раздеваться.
Душевая была очень ловко сделана – небольшой такой сарайчик разделили на две части. В первой можно было раздеться, не опасаясь досужих взглядов, а во второй с самого верха шла трубка с вентилем. На крыше же стояла большая бочка, крашенная в черный цвет. За день вода нагревалась, и вечером можно было поплескаться в теплой водице.
Волосы у меня сейчас доходили до талии и приобрели странную расцветку – белых прядок стало больше, чем привычных темно-русых. Короче, получилось непонятно что. Махнув на это рукой, я открыла одну из баночек, сунутых мне Иаллин. В ней оказалась странная сине-сиреневая масса, больше напоминающая кисель. Но пахла вкусно. Следом пошли другие баночки, и в итоге я уже сама пахла как конфетка. Да, пожалуй, в том, чтобы быть единственной дочкой богатых родителей (а как еще, если ты Алауэн), есть свои преимущества.
Уже смывая все эти вкусно пахнущие бальзамы и притирки, я чуть не поскользнулась, когда услышала:
«Алекс, заканчивай водные процедуры. Иначе скоро получишь к душу довесок в виде перевозбужденного дракона».
Хорошо, хоть Алла предупредила. Закрыв краник, я наскоро вытерлась и, надев халат (нет, ну где она его откопала?), вышла из кабинки.
Братья стояли на небольшой веранде, оборотень валялся рядом, вылизываясь.
Мне и одного взгляда на Сери хватило, чтобы испугаться за свою сохранность, – у него в глазах полыхало!
Иаллин перехватила меня на полпути и под личным конвоем довела до двери в дом.