Нам еще не один день праздновать в общей компании предстоит, успею я насмотреться и на асуров, и на Рыжика своего.
Который сейчас, кстати, стоит чуть позади своего брата и меня… и сопит так обиженно. Руки сами тянутся успокоить, по головке погладить, приласкать, поцеловать. Но я терплю, так как знаю – этого он и добивается.
Под радостные крики Иаллин пошла уже на последний круг. Вот она махнула нам крылом, бросила многообещающий взгляд на Колина (типа «куда ты теперь от меня денешься?»), скрылась за высокими стройными башнями…
И больше мы ее не видели.
Какое-то время все с напряжением всматривались в небо, потом начали закидывать головы набок, словно так можно заглянуть за величественный замок, отгроханный в ее честь.
– Что-то мне подсказывает, – медленно начала я, едва подрагивая от напряжения, – что она не подвязку там поправляет.
Учитывая, что я ее НЕ ЧУВСТВУЮ!
По дороге с облаками
– Ну что это такое?! – взывала я к небесам. – Только появился хоть какой-то шанс на относительную свободу, на тебе – сковородой о дурную голову. Чтобы не думала о разных глупостях.
Так я рассуждала, наблюдая, как на широкой крыше Цитадели появляются все новые люди и драконы.
Рядом метался всклокоченный Колин и упорно пытался взлететь. Если бы не мать, висевшая на одной его руке, это уже давно и удачно получилось бы.
Вообще-то смотреть на Колина было страшно – он весь посерел лицом, глаза как у безумного. А чувствовать еще страшнее – появлялось такое ощущение, словно его внутренности скручены узлом, а сердце бьется где-то в районе горла, попутно мешая дышать.
Руки сами потянулись к нему, и, приобняв его за талию, я заглянула во взволнованное лицо. Видимо, у дракона сработал хватательный рефлекс, ибо он сгреб меня в объятия, сильно прижимая к себе свободной от матери рукой. Нет, конечно, понимаю – ему нужна забота и внимание, он бедный страдалец, но я дышать хочу! Колин же так сильно сдавил меня – даже тот воздух, что был в моих легких, рванул наружу.
Заметив мое лицо выброшенной на берег рыбы (рот открыт, глаза навыкате), Станислава отвесила сыну легкий ментальный подзатыльник. Правда, немного не учла того, что рядом стоит неопытная Хранительница и внимательно прослушивает ее сына. Так что отдачу я словила на раз, но это мелочи. Мне наконец позволили дышать. По сравнению с этим нос дракона, уткнувшийся мне в макушку, такая малость, о которой даже вспоминать не хочется. Благо волосы короткие, если что, помыть всегда успею.
По спине прошли холодные мурашки, но Сери почти сразу успокоился. Хороший дракоша. Будет паинькой, и его пообнимаю.
Словно в ответ на мои мысли от Змея пришла волна тепла.