Встретившись с первой страницей "Альчности", вы неизбежно окажетесь в центре жестокой борьбы между нравами и желаниями. Эта книга кипит алчностью героев, которая заставляет читателя трепещать от неравновесия и решительности. Погружайтесь в атмосферу драмы и стремления, где каждая мелочь становится ключом к повышению или падению....
[11] Просто сказка! — Мак все еще старалась держаться дружелюбно.
— Чего?
Мак видела в журналах рекламу бара и ресторана «Феликс». Чудо дизайна со скошенными стенами и круглой стойкой бара с подсвеченным полом. На стенах висели барельефы с изображениями лиц некоторых друзей знаменитого дизайнера.
Габби непонимающе уставилась на нее.
Мак криво улыбнулась:
— Что ж, приятно поразвлечься.
После чего Габби, хмыкнув, умчалась в «запретную комнату номер один», а Мак вернулась к окну.
В ванной зашумел душ, но вскоре плеск воды стих, и Мак услышала шлепанье босых ног, цоканье каблучков, звук открываемых и закрываемых шкафов.
В первый вечер в Гонконге у Макейди оставалось достаточно времени, чтобы обдумать события последней недели. Что происходит в Сиднее? Приблизилась ли полиция к поимке Эда? Господи, надеюсь, он больше никому не причинил вреда. Невозможно постичь тайну его побега.
Мысль о том, что Эд Браун разгуливает на свободе, потрясла ее до глубины души.
Глава 45
Офицер иммиграционной службы — низкорослый китаец в полувоенной форме — пристально осматривал их, держа оба паспорта в руках, затянутых в белые перчатки.
Сьюзи Харпин.
Бен Харпин.
Они мало походили на брата и сестру, скорее, напоминали мужа и жену. У Эда Брауна на безымянном пальце поблескивало золотое кольцо, принадлежавшее Бену Харпину, убитому и расчлененному братцу Тюремщицы.
"Эд сильно занервничал, увидев в аэропорту Гонконга множество вооруженных до зубов охранников в новенькой отутюженной форме. Просто какая-то Красная армия, подумалось ему, несмотря на то что форма не была красного цвета. В сиднейском аэропорту охранники не ходили с автоматами, как их здешние коллеги.
