Встретившись с первой страницей "Альчности", вы неизбежно окажетесь в центре жестокой борьбы между нравами и желаниями. Эта книга кипит алчностью героев, которая заставляет читателя трепещать от неравновесия и решительности. Погружайтесь в атмосферу драмы и стремления, где каждая мелочь становится ключом к повышению или падению....
— Я согласен с тобой, Махони, — наконец признался Энди, и выражение ее лица изменилось. — Сьюзи Харпин вполне может оказаться полезной следствию. Будем надеяться, что она скоро вернется. Постарайся не зацикливаться на этой женщине, чтобы не упустить другие зацепки. У тебя может глаз замылиться на прочие связующие элементы дела, и тогда ты прохлопаешь вероятных подозреваемых. А теперь пошли на совещание.
Махони вышла, а Энди закончил подготовку своего доклада. Он уже делал подобное сообщение, когда полиция выслеживала Эда в первый раз.
* * *Детектив Флинн стоял посреди комнаты, испытывая небывалый прилив жизненных сил. Он вновь вернулся в свою стихию.
— Благодарю вас за заинтересованность в нашем деле, — начал он, оглядывая лица членов следственной группы. — В полученных вами бумагах, — он имел в виду розданную каждому присутствующему ориентировку, — вы найдете полное описание преступника, особые приметы, подробное изложение обстоятельств девяти убийств, совершенных им ранее, и побега из-под стражи.
У Энди пересохло в горле. Он до сих пор не мог привыкнуть, что рядом нет Джимми. Детектив вдруг осознал, что все прежние брифинги он готовил, сидя в одной комнате с напарником."
"— Мы испытываем острейший дефицит времени. Эд Браун не станет долго канителиться и вновь примется за старое.
Махони, сидевшая у двери, с головой ушла в раздумья. Энди понимал, что она по-прежнему думает об охраннице тюрьмы Лонг-Бэй.
— Этот убийца сделает все, чтобы ввести в заблуждение полицию и любого одиночку, вставшего у него на пути, — продолжал Энди.
Некоторые беспокойно заерзали на стульях. Энди коснулся больной темы, но все, что он сказал, было правдой и напрямую относилось к делу.
