Встретившись с первой страницей "Альчности", вы неизбежно окажетесь в центре жестокой борьбы между нравами и желаниями. Эта книга кипит алчностью героев, которая заставляет читателя трепещать от неравновесия и решительности. Погружайтесь в атмосферу драмы и стремления, где каждая мелочь становится ключом к повышению или падению....
Рот раскрылся, выкрикивая слова, которых никто не слышал. Она перепугана, растеряна.
Макейди.
Мак.
Мать.
Она потеряла свою подругу.
Час пробил.
Эд протискивался сквозь толпу следом за Мак, отставая от нее на несколько шагов. Благодаря небольшому росту, он смешался с толпой, не упуская из виду ее белокурую макушку, когда она оборачивалась, бросалась то вперед, то назад, металась среди прилавков. Эд мог догнать ее. Тюремщица больше не стояла у него на пути. Теперь она никогда больше не сможет помешать Эду.
Эд сунул руку в карман и вытащил влажный лоскут ткани. Зажал его в руке и двинулся дальше.
* * *Макейди рванула обратно, осматривая каждый прилавок в поисках подруги.
Спокойно. Успокойся. Причин для паники нет. Это не мог быть он…
Наверное, Джен пошла за продавцом, чтобы посмотреть на сумку. Она скоро вернется к прилавку. Тебе просто померещилось. У тебя был трудный день. Ты переутомилась, вот и все. Она наконец подошла к прилавку с вывешенным на обозрение каталогом сумок. Да тот ли это прилавок? Она обернулась и посмотрела на толпу. Где те странные футболки? Их нет. Где они? Они должны быть где-то рядом. Может, она заблудилась и это совсем другой прилавок с сумками? Все прилавки выглядели одинаково, тесно лепились друг к другу, торговали одними и теми же вещами, теми же часами, теми же дешевыми безделушками.
Как я могла ее потерять?
Успокойся. Прекрати панику.
Макейди снова почувствовала на себе взгляд и обернулась.
Кровь застыла в жилах. В большой палец ноги словно впились острые зубы. Кажется, все звуки исчезли, кроме ее собственного прерывистого дыхания.
Всего в четырех метрах от Макейди стоял Эд Браун, пристально глядя на нее.
Мак бросилась бежать.
Так, значит, это был он.
Как это могло случиться? Как он попал сюда? Господи, как?
Макейди так и не смогла забыть его глаз. Глаза Эда, склонившегося над ней, запечатлелись в ее памяти огненным тавром, причиняющим боль. «Ты готова, мама? — услышала она его голос. — У тебя такие красивые пальцы на ногах. Прекрасные.
