Встретившись с первой страницей "Альчности", вы неизбежно окажетесь в центре жестокой борьбы между нравами и желаниями. Эта книга кипит алчностью героев, которая заставляет читателя трепещать от неравновесия и решительности. Погружайтесь в атмосферу драмы и стремления, где каждая мелочь становится ключом к повышению или падению....
Что, если бы они встретились при других обстоятельствах? Вдруг их отношения были бы более ровными? А может быть, он принес бы Макейди в жертву своей карьере? Так же, как Кассандру?
«Теперь ты совсем не бываешь дома, милый. Мне кажется, что я овдовела».
Он уже принес в жертву слишком многое.
Почему он так сходит с ума по Макейди теперь, когда она явно порвала с ним отношения?
А команда защитников Эда начала свою работу.
Глава 6
Вечер вторника, одиннадцать часов, последние огни погасли, и в темных коридорах исправительного центра Лонг-Бэй воцарились мир и покой, даже в том крыле, которое занимали обитатели одиночных камер.
Не спал лишь один Эд Браун.
В своей маленькой темной камере этот убийца, не видевший воли в течение уже полутора лет, бодрствовал, глубоко погрузившись в алчные мечты и садистское вожделение. Он вызывал в памяти кульминацию своей жизни на свободе, момент, когда он был одержим молодой женщиной и все свое время и силы посвятил тому, чтобы завлечь ее в ловушку.
Да. Само совершенство.
— Совершенство, — прошептал он так тихо, что даже Пит Стивенс, проходивший мимо, его не услышал.
В своих фантазиях Эд видел хирургические инструменты, разложенные на столе, совсем как полтора года назад. Инструменты, которые он «позаимствовал» со своей работы — из морга.
Скальпель.
Сверкающий новенький энтеротом с острейшей серединой лезвия, заканчивающегося шариком.
Форцепсы — пинцеты с зазубренными губками.
Щипцы для рассечения ребер, похожие на садовый секатор.
Все инструменты, необходимые для аутопсии, анатомического вскрытия трупов, острые и чистые, поблескивали в ярком свете, словно детские игрушки на Рождество.
Она будет моим лучшим творением, лучшим из всего, чем я владею."
"С головой погрузившись в воображаемые обстоятельства, Эд ясно видел ее.
