Автор
В этой драматической истории оскорбленный мужчина не может забыть унизительного прошлого и теперь несет непреодолимую ответственность за свои поступки. Его гнев и боль вызывают отвращение, но он не способен остановиться перед тем, что бы дать импульс своей перерожденной психике....
Хреново на душе становится. Но это, оказывается, не самое ужасное за сегодняшний день. За рулем сидит мужчина. До боли знакомый и такой родной. Дядя Тимур. Самый близкий друг отца, нашей семьи. Человек, с которым у нас очень теплые отношения.
— Черт! — дыхание учащается. Нервно сглатываю. Ком в горле душит. Родители меня не простят. Дядя Тимур тем более. Убьет, придушит собственными руками и даже не пожалеет.
— Санек? — он узнает меня. — Как ты тут оказался?
Протягивает мне руку, которую я пожимаю, стыдясь.
— Здравствуй, дядь Тимур. Соревнования у нас тут сегодня.
Больше нечего сказать. Даже поздороваться нормально не получается. Сейчас я точно от трусливого пацана не отличаюсь.
— Девчат, вы Сашу не узнали, что ли?
Машинально поднимаю взгляд и встречаюсь с зелеными глазами. Сейчас узнаю я ее сразу. Отличаю. Они совсем разные. Мне сквозь землю провалиться хочется. Как я ее не узнал? Алина... Еще и вслух говорил, что в моей жизни две девчонки были. И обеих Алинами звали.
— Мы-то узнали, — отзывается Милена. — А он — нет.
Девушка аж кривится, оглядывая меня. А Алинка так и стоит в стороне молча. Лицо вялое, бледное. В глазах печаль, боль.
— Ладно, удачи вам, ребят, — мужчина достает из кармана вибрирующий телефон. — Мне пора. До встречи, Сань. Скажи Черному, что приедем к вам всей семьей. В самое ближайшее время. Как освобожусь, так сразу. А то в прошлый раз Алина не в духе была, пришлось без нее ехать.
Помню я, что папа говорил, мол, дядя Тимур с девчонками приедет. Но тогда мне не до них было. Знал бы я...
— Конечно, — отвечаю, сам же не отвожу взгляда от Алины. Слегка качнув головой, она идет к двери.
Жду, когда дядя Тимур уедет. И как только внедорожник трогается с места, буквально бегу за Алинкой. Нахожу ее в раздевалке. Сидит на диване, обхватив голову руками. Шмыгает носом.
— Алин, — тихо зову ее, опускаясь на колени перед ней.
— Что ты? — поднимаясь на ноги, повышает она голос. Никогда такого себе не позволяла, но сейчас она не в себе. Зла, полна ненависти. — Что, черт возьми, ты? Зачем появился? Чего хочешь? Не боишься, что твои друзья будут над тобой смеяться, что ты за легкомысленной девчонкой бегаешь? А, стоп, дай угадаю.
