Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Э-э… изволите шутить, Александр?
– Конечно. На самом деле я и сам был изрядно удивлен, когда мои весьма скромные заслуги отметили такой наградой.
«А уж как радовался, что выжил в первой же стычке! Да и потом фортуна часто улыбалась».
Барон жизнерадостно хмыкнул, и к нему тут же присоединился Михаил, а вот третий собеседник поддержать намечающееся веселье не спешил и проявлял поистине ледяную вежливость, лучше всяких слов заставляющую держать с ним дистанцию. Видимо, чтобы сгладить неловкость момента, Фольбаум начал вспоминать славное прошлое – в частности, веселую жизнь юнкеров, и особенно в младшем классе, когда они только-только осваивались с суровыми порядками Павловского военного училища.
– Да-да, конечно же я помню все наши невинные шалости. Особенно те из них, что касались меня. Помните, как кто-то совершенно случайно опрокинул чернильницу на мои штаны и записи по тактике? Право же, очень смешно получилось. Не так ли, Павлуша?
– Кхе… э-э… Да, юношеские забавы, золотое время.
Продолжение дружеских воспоминаний пришлось отложить, так как к троице павлонов подошел знакомый Александру адъютант Ванновского:
– Александр Яковлевич, позвольте вас поприветствовать и напомнить, что его высокопревосходительство ждет вас после стрельб."
"– Благодарю и всенепременно буду, Сергей Илларионович. Ну что же, господа, рад был вас видеть. Думаю, мы продолжим нашу беседу в следующий раз?
Легкий властный жест, и за князем Агреневым потянулись его спутники, причем даже постороннему человеку было видно, кто в этой четверке главный, а кто подчиненный. У конкурсанта руки были свободны, и шел он впереди, а его помощники несли длинные и узкие чемоданчики, затянутые в брезентовые чехлы, и негромко переговаривались между собой, делясь впечатлениями от увиденного.
Затея Александра – организовать небольшую рекламную акцию путем вручения царственному тезке небольших (и очень красиво изукрашенных) оружейных сувениров – оказалась не такой простой в исполнении, как он думал поначалу. Оказалось, такие подарки от «простого дворянского народа» полагалось сдавать начальнику царской охраны как минимум за три дня до встречи с императором – на предмет проверки наличия всяких гадостей, вроде адской машинки и тому подобных, до крайности вредных для августейшего здоровья вещей. Так что пришлось немало поработать языком, уговаривая генерал-адъютанта Черевина пойти навстречу пожеланиям рабочих Сестрорецкой оружейной фабрики – типа старались мастера, дни и ночи над верстаками и станками просиживали, глаза портили да мозоли набивали. Уговорил, конечно.
