Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Три домовладения… Дом Гусятникова пойдет под представительство, а сиротинский под большой офисный центр. И трактир пригодится».
– Все три варианта, Вениамин Ильич. Как я понимаю, в любом случае деньги не пропадут?"
"– Нет, что вы, ликвидность этой недвижимости очень высокая. Собственно, я и эти варианты не смог бы вам предложить, если бы не некоторая упертость их нынешних владельцев. Скидывать хотя бы рубль с заявленной цены они не желают, вот и нет пока покупателей, но это ненадолго – рано или поздно у них бы все приобрели. Даже скорее рано, так что я немедленно займусь этим делом.
– Вот и отлично, а насчет аренды я подумаю. Что-то еще?
Юрист быстро пролистал записную книжку и отрицательно покачал головой, показывая тем самым, что больше вопросов не имеет. Но тут же спохватился и моментально исправился:
– Да. У нашего общего знакомого из Главного инженерного управления изрядно возросли аппетиты, и прежних сумм ему уже недостаточно.
– И насколько же поднялась его самооценка?
– Почти вчетверо, он хочет за свои услуги ни много ни мало – пятнадцать тысяч на ассигнации.
– Ну хотеть он может сколько угодно.
– Так он говорит, что очень, ну просто очень хороший материал подобрал. Восемь стандартных укладок, и все как одна на интересующие вас темы.
– Отрадно такое слышать. Вот только с чего бы такое трудолюбие? В прошлый раз он мне едва-едва одну папку насобирал, а тут сразу восемь.
– Да это-то как раз понятно. Вы помните, с месяц тому назад хоронили августейшего генерал-инспектора по инженерной части?
– Как писали тогда в газетах: постигло нас большое, неописуемое горе. Изволил почить в бозе горячо любимый и всеми уважаемый, его императорское высочество Николай Николаевич-старший, тем самым осиротив свое управление, ну и так далее в том же духе.
– Ну вот. Для его бывших подчиненных подул страшный ветер кадровых перемен, все томятся в неопределенности.
– И одному титулярному советнику захотелось обеспечить себе спокойную старость, причем за один раз.
– Так оно и есть, Александр Яковлевич.
– Ну что же, в принципе я не против. Но устроим все следующим образом – пускай передаст вам три укладки на старых условиях, и, если меня устроит их содержимое, мы пойдем ему навстречу. Более того, если он возьмется написать небольшое сочинение о своем управлении и некоторых начальственных персоналиях, его старость станет еще спокойнее и обеспеченней. Как думаете, согласится? Вот и я такого же мнения.
Белые ночи Северной Пальмиры воспеты добрым десятком поэтов, им посвящено немало рассказов и даже романсов и просто бесчисленное количество историй – романтически-веселых или наоборот. Но были и недовольные такой столичной достопримечательностью.
