Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
То есть, конечно же князю, удалось добыть такие, гм, ценные раритеты?
— Вы знаете, Александр Яковлевич иногда бывает очень настойчив в своих желаниях. Ну, вы меня понимаете?
Анна Петровна немного пришла в себя и тут же поспешила поучаствовать в разговоре. Вернее, перевести его на более приятные темы.
— Скажите, вы так много знаете о Александре?.. Не ошибусь, если предположу, что вы вместе служили?
— Так точно.
Долгин плавно покинул свое кресло и вытянулся по стойке смирно, не забыв прищелкнуть каблуками своих дорогих полуботинок.
— Отставной унтер-офицер второго взвода Олькушского пограничного отряда, четырнадцатой Ченстоховской бригады, Григорий Дмитрич Долгин к вашим услугам!
Далее продолжить разговор не получилось — от дверей донеслось прямо-таки змеиное шипение, злющей как сам черт тетушки хозяина дома.
— Так значит, он контрабандистов только издали видел, да? Стрелял по ним пару раз, да!? Когда и врать мне научился, негодный мальчишка!!!
В гостиной повисло просто-таки зловещее молчание. Выжидающе молчал зять Татьяны Львовны, растерянно молчала дочка, несло замешательством и все той же растерянностью от слишком уж разоткровенничавшегося главного инспектора компании. Последний явно представлял, как ""обрадуется"" князь претензиям и выговору от своей любимой старшей родственницы. Гнетущую тишину нарушила все та же Анна, непринужденно поинтересовавшись — а кто же это окружает ее кузена на фотокарточках, во множестве развешенных по всей гостиной? С облегчением выдохнув и периодически скашивая глаза на кипящую от праведного гнева госпожу Лыкову, отставной офицер (хотя бы и с приставкой — унтер) тут же начал добросовестно говорить, и ответы его в очередной раз заставляли… Ну, уже наверное и не удивляться. Нет. Поражаться! Столь высоким и обширным знакомствам в столь юном возрасте. Армейские генералы, полковники и ротмистры лейб-гвардии Семеновского и Измайловского полков, превеликое множество офицеров в форме пограничной стражи, всемирно известный ученый Менделеев, военный министр, еще одно мировое светило современной медицины профессор Склифосовский, почти все молодые великие князья. Да что там великие князья, когда на одной из фотографий можно было увидеть самого государя-императора! Правда, конкретно на этой карточке князь Агренев был едва-едва различим, присутствуя почти на самом краю последнего ряда. Но ведь присутствовал же!
— В Гатчине, во время конкурсных стрельб в присутствии Его Императорского величества. Это? Дай бог памяти!.. Тоже Гатчина, только охотничий заповедник. Видите, битое зверье позади?
— А это что за мальчик рядом с вами и Сашей?"
"— Позвольте? Великий князь и член августейшей семьи, Михаил Александрович.
