Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вернее, ее извело все возрастающее любопытство, утолить которое не представлялось никакой возможности — ни сейчас, ни потом. Потому что Софи иногда была ну просто невыносима, напрочь отказываясь немного посекретничать. Или рассказать о своих прошлых сердечных привязанностях. Бука!
— Пойдем?
Невольно вздрогнув, коллежская советница поняла, что погрузившись в свои переживания, пропустила чужие. Точнее — не заметила, как таинственный, и уже безумно интригующий незнакомец куда-то исчез, а подруга вернулась обратно. Впрочем, кое-какие материальные следы прошедшей встречи все же остались — госпожа Волошина-Томанова держала в руках небольшой бархатный футляр, и время от времени немного растерянно на него поглядывала. Как смотрят на змею незнакомого вида, гадая — ядовитая она, или же нет?
— Кто это был, Софи?
— Один мой знакомый. Признаться, я думала, что больше его не увижу… Прости, ты что-то сказала?
Ольга Васильевна терпеливо повторила свой вопрос, даже и не удивляясь столь вопиющей невнимательности. Действительно, не каждый же день внезапно встречаешь давнего знакомого?
— Он что-то тебе оставил?
— Ах, это?.. Не мне, моей Сашеньке — небольшой подарок на день ангела.
Как ни мучилась неудовлетворенным любопытством молодая женщина, ее подруга так и осталась глуха ко всем невинным намекам — а ведь в такой ""обертке"", как правило, дарили драгоценности. Что ж, она и так знала, что Софи вредина и… Ничего, рано или поздно все равно не утерпит, и похвастается!"
"И только поздним вечером, оставшись в полном одиночестве и тишине, хозяйка поместья решилась посмотреть, что же ей вручил настоящий отец Сашеньки. Тихо щелкнул футляр, раскрываясь — и под светом трех свечей, истекающих желтым воском в потемневшем от времени серебряном канделябре, на черном бархате засияло серебристой платиной и застывшими каплями красно-фиолетовой крови небольшое украшение. Гладкий овальный медальон-ладанка, с выложенным из небольших плоских аметистов крестом — подарок любящего отца своей двухлетней малышке. Дар, который невозможно ни спрятать до лучших времен, ни еще как-то скрыть — князь ясно дал понять, что будет весьма недоволен, не обнаружив его у законной владелицы. И не менее ясно намекнул, что всегда будет рядом с дочкой — тем, или иным образом. Правда, в его внимании были и положительные моменты:
""В случае любых неприятностей или же нужды в чем либо — вы можете на меня рассчитывать, Софья Михайловна…"".
Судорожно вздохнув, она покрутила ладанку в руках, и совсем было собиралась положить ее обратно — но присмотрелась еще раз и передумала. Кончик ее ухоженного ноготка надавил на едва заметный выступ — и изящный медальончик раскрылся на две половинки, плакированные изнутри червонным золотом.
