Спустя несколько минут осужденные, а вместе с ними и Солоник, двинулись на промзону. Глядя в ватную спину, маячившую впереди, Саша вновь и вновь воскрешал подробности последнего разговора с хитрожопым москвичом, спрашивая себя – правильно ли он сделал, что согласился? – и не мог ответить на этот вопрос однозначно.
С одной стороны, воля, конечно же, дорогого стоит, тем более в его незавидном положении.
А с другой – не попадет ли он в кабалу худшую, нежели теперешняя?!
Но он уже все решил.
Это должно произойти сегодня.
Уже назначено и рассчитано время, и он знает, как именно это произойдет. На «промке» кем-то неизвестным подготовлен сварочный аппарат, которым надлежит вырезать крышку канализационного люка, чтобы спуститься в него, пройти по коллектору и выйти за пределы зоны. Ничего форсмажорного произойти не может – вроде бы тот гражданин начальник из столицы предусмотрел все. Или почти все…
Глухое топанье «прохарей», густые ряды колючей проволоки, унылые, постные лица конвоиров – и ворота промышленной зоны.
Перед началом работы «бугор» Солоник, собрав «мужиков» своей бригады, объявил:
– То, что вы напортачили вчера, я не принимаю. Если такое повторится, буду засчитывать за отказ или невыход на работу.
Тут, в «восьмерке», в ИТУ № 8 Ульяновской области, к нему относились совершенно иначе, чем под Пермью. Давешняя драка с кодлой жутких и безжалостных блатных уже была занесена в неписаные зоновские анналы, обрастая все новыми и новыми подробностями. В глазах «мужиков», то есть основной массы осужденных, Саша приобретал черты воистину легендарные: кровь татуированных врагов лилась ручьями и реками, руки-ноги ломались, как спички, головы под его ударами разлетались, как гнилые арбузы, а побежденные исчислялись десятками.
Именно поэтому никто спорить не стал – не с руки. Таких, как этот «бугор», не уважают, но боятся. И только один из зэков, недавно прибывший, бросил недовольно:
– Мало того, что «кумовья» с «хозяином» да начотряда гнут, так и ты еще…
– Молчать, – бригадир едва повысил голос. – С меня тоже три шкуры дерут.
Солоник вовсе не хотел ругаться с этими серыми людьми, многие из которых, как и он, попали за «решки» в результате ментовской подставы. Это был верный тактический ход – пусть разойдутся по своим местам, чтобы к нему в ближайшее время не подходили…
– Зря перед «хозяином» жопу рвешь! Все равно на «химию» и УДО тебя не выпустят, – в сердцах огрызнулся вновь прибывший.
– Работать, кому сказано!.. Труд освобождает.
