Кто владеет землёй — князь или смерд? Старые легенды хранят молчание о правителях. Чернец Игорь давно ушёл из памяти, но его жена стала мудрой как древние книги. Писатель расскажет о славных временах Олега и его супруге, что подтверждают старые истории. Возможно, эта история станет путём к ответам на вечные вопросы — о том, кто заслуживает любви в мире, где титаны уже покинули эти земли....
Мы найдём. — Божен поймал за шиворот Прошку. Встряхнул его. — В отличии от твоего господина, ты не князь, смерд простой, а значит мы тебя пороть можем, как Царевна-матушка говорит, без зазрения совести. Где писарь, шнырь подколодный?
Прошка со страхом смотрел на рослого гвардейца. Но с ещё большим страхом посмотрел на своего князя. Божен с Никифором заметили это. Прошка отрицательно замотал головой.
— Не знаю ничего.
— Значит своего хозяина боишься больше, чем нас? Зря, мужик. Данила. — Позвал Божен одного из кирасир.
— Я, господин сержант."
"— Этого на улицу. Всыпать пять плетей. Для начала. Если память не вернётся, ещё пять плетей, пока не вспомнит, где писарь Акинфий. Остальные, начинаем искать свиток. Завещание. Начали.
Никифор взбежал вверх по лестнице, направляясь в опочивальню к князю. Борис вспомнил, что у него там девка ждать его должна.
— Эй, ты куда? — Заорал он. Пусть девка и холопка, но делится своим будущим гаремом он ни с кем не собирался.
— Стоять. — Тормознул его Божен, уперевшись Борису в грудь рукой, в кулаке которой была зажата плеть.
— Нет никакого завещания! — Князь взвизгнул. Но Божен ухмыляясь, загораживал ему путь на второй поверх.
Через некоторое время с верхнего этажа раздался девичий визг и вопли. Все кто был на первом удивлённо смотрели на верх. Вскоре оттуда сбежала какая-то девица, наспех одевая сарафан. Кирасиры заржали.
— Никифор, ты что там? — Заорал Божен.
— Сейчас. — Услышал в ответ.
— Никиша, что за визг был? — Спросил Божен. Никифор хохотнул.
— Захожу я опочивальню княжью, а там, парни, красота то какая, ляпота! Девка на постели то, на четвереньках стоит, головой в подушки уткнулась и зад выпятила, к двери то. Да так и стоит. Наверное, князя ждала. Ну я тихо подхожу. Смотрю на неё, слюни бегут. Больно хороша. Шлёпнул я её по ягодице то белой. Она только вздрогнула и продолжает зад выпячивать.
— Никиша, что же ты?! Надо было пристроится к ней. А когда поняла бы, что не хозяин пришёл, поздно бы уже было. Дело то бы уже сделал. — Смеялись кирасиры.
