Талантливая путешественница Александра штурмует непролазимые сугробы, борясь с бесконечным ветром. Сколько часов она пробирается? Взгляд выпученный от усталости смотрит во мглистый снег. Надежда и страх - две стороны одной медали в ее ситуации. Шаг за шагом, Александра решает, сможет ли она преодолеть этот гигантский лабиринт без предательского следа....
Александра задумчиво уставилась в окно. Вот как. Грязная работа… Н-да… Снобы.
Глава 19
Незаметно пролетело два дня. В усадьбе произошли небольшие перемены. Рядом с комнатой Саши оборудовали детскую, Глеб давно уже переехал в свою старую спальню на втором этаже, Татьяна получила официальный статус няни, а Александру вежливо отстранили от всех забот.
— Лечись и отдыхай, — сказал ей Оборский на попытку возмутиться новыми правилами.
Нет, разумеется, никто не запрещал Саше видеться с детьми, только вот на руки ни Тему, ни Катю брать ей не разрешали.
Спина девушки понемногу приходила в норму, отек спал, от синяков остались лишь бледно-желтые следы и самочувствие Александры улучшилось.
Оборский избегал ее. Он не ночевал в усадьбе, совместные ужины тоже остались в прошлом, мужчина будто задался целью не докучать жене своим вниманием. А Саша мучилась неизвестностью. Глеб, хоть и обещал поговорить о будущем, все откладывал этот разговор, и девушка не знала, чего ей ждать.
Она нервно расхаживала по своей комнате и устало размышляла обо всем, произошедшем.
Наконец, девушка не выдержала и решила спросить у Оборского напрямую.
Удобный случай представился тем же вечером. Хозяин приехал в имение, отдал короткие приказы охранникам и прошел прямиком к детям. Саша, услышав в соседней комнате голос… мужа, тут же кинулась в детскую.
— Здравствуйте, Глеб Александрович, — поздоровалась Александра, закрывая за собой дверь.
— Здравствуй, Саша, — ровно ответил мужчина.
— Артемий, не смей, — усмехнувшись, обратился он к сыну, размахивающему кулачками, — мал еще, чтобы драться.
Александра подошла ближе и улыбнулась Теме, поправляя сбившийся чепчик.
— Ты что-то хотела? — не глядя на нее, спросил Глеб.
— Да, — твердо ответила девушка, — я хочу узнать… Что с Игорем? Он жив?
В комнате повисла томительная тишина. Оборский машинально покачивал ребенка, не торопясь отвечать на вопрос жены.
— Глеб Александрович, пожалуйста, — взмолилась Саша, — я должна знать, что с ним.
— Он тебе так дорог? — тихо спросил мужчина.
