Талантливая путешественница Александра штурмует непролазимые сугробы, борясь с бесконечным ветром. Сколько часов она пробирается? Взгляд выпученный от усталости смотрит во мглистый снег. Надежда и страх - две стороны одной медали в ее ситуации. Шаг за шагом, Александра решает, сможет ли она преодолеть этот гигантский лабиринт без предательского следа....
А уж урожай, собранный с огорода, и вовсе радовал глаз — девушка только и успевала ставить на полки пузатые емкости с заготовками. Погреб был ее гордостью. Еще бы! Чего там только не было!
Вдоль стен теснились крутыми боками круглые бочонки с солеными грибами, мочеными яблоками и ягодами, на полках стояли многочисленные банки с соленьями и маринадами, хрусткая квашеная капуста аппетитно поблескивала в невысоких кадушках, пышные вязанки душистых трав висели на специальных крючках…
Девушка с удовлетворением оглядывала припасы, понимая, что зимой все это, ой, как, пригодится.
— Ну, извини, Анфиса, нет у нас мышей. Может, игрушечных купить?
Кошка поглядывала на девушку с немым укором — дескать, такими вещами не шутят — и оскорбленно устраивалась в любимом кресле.
Время незаметно бежало вперед. Тошка давно уже вырос и превратился в огромного, темно-серого красавца-волка. Умные глаза настороженно наблюдали за всем происходящим в усадьбе, а предупреждающий оскал останавливал желающих подойти к его хозяйке поближе — вырасти-то он вырос, но вот его ревнивое отношение к Саше никуда не делось.
Оборский, между тем, перестал появляться в усадьбе. Однажды, Саша подслушала разговор охранников, обсуждавших предстоящую свадьбу хозяина. Мужчины были уверены, что теперь он здесь до лета не покажется.
— Я ж тебе говорил, что эта блажь ненадолго, — уверенно разглагольствовал Денис, — чего ему в такой глуши делать? Так, развлекся, посетил старую усадьбу, пожил здесь, да и надоело. А уж Алина, тем более, тут жить не станет. Та еще штучка. Столичная фифа.
