Не войны, а мирные договоры, которые заключаются после их окончания, по-настоящему меняют течение истории. План Маршалла изменил мир сильнее, чем сама Вторая мировая война. Слова — вот настоящее оружие массового поражения.
— Уклонился от ответа на мой вопрос, — игриво проговорила Маргарет и в этот момент очень напомнила Херманну его покойную жену.
— Относительно того, чего боится Израиль?
— Да. Почему ты не скажешь мне?
— Возможно, потому, что я сам не знаю.
— Я в этом сомневаюсь.
Херманну подумалось: а не рассказать ли ей все как есть. Однако ему не удалось бы выжить, будь он дураком. Досужие разговоры погубили не одного преуспевающего человека.
— Скажу тебе только одно: правду всегда трудно принять — и для людей, и для культур, и даже для наций."
"Женщины прошли на задний двор, и Стефани поразилась тому, как идеально здесь все ухожено. Это было настоящее царство цветов: яркие астры, лилии, золотарник, анютины глазки и хризантемы. От дома в сад выдавалась терраса. На ее плиточном полу была расставлена мебель из кованого железа и декоративные горшки, в которых тоже цвели цветы.
Стефани подвела Кассиопею к толстому стволу высокого клена — одному из трех деревьев, даривших саду тень жаркими днями. Затем она посмотрела на часы. 21.43.
Она приехала в такую даль и притащила с собой Кассиопею, поскольку ею двигала смесь злости и любопытства. Но то, что она собиралась предпринять теперь, станет шагом, сделав который она окончательно перейдет за черту дозволенного.
— Приготовь свой духовой пистолет, — прошептала она.
Ее спутница сунула в ствол дротик со снотворным.
— Надеюсь, ты оценишь, как слепо я подчиняюсь этой глупости.
Стефани обдумывала свои дальнейшие действия. Можно было, конечно, забраться в дом. Кассиопея Витт обладала всеми необходимыми для этого навыками. Но с таким же успехом можно и просто постучаться в дверь. Однако ни то ни другое не понадобилось. Задняя дверь дома распахнулась, и на пороге возник темный силуэт. На террасу вышел высокий мужчина в домашнем халате, подвязанном на талии, и стал расхаживать между тонкими столбами, поддерживающими плоский навес. Его ноги в шлепанцах шаркали по плиточному полу.
Стефани молча показала на пистолет, а потом ткнула пальцем в сторону мужчины.
Кассиопея прицелилась и выстрелила. Послышался мягкий хлопок, а затем — шелест рассекаемого дротиком воздуха.
Мужчина вскрикнул, схватился за плечо, а затем рухнул на пол террасы.
Стефани подбежала к распростертому телу.
— Быстро же работает эта штука! — с восхищением проговорила она.
— Так и было задумано. Кстати, кто это такой?
Они смотрели сверху вниз на лежащего с закрытыми глазами мужчину.
— Поздравляю. Ты только что подстрелила генерального прокурора Соединенных Штатов Америки.