— Альфред, поначалу я хотел остаться дома, но затем решил, что просто обязан приехать со всеми остальными.
Херманн подошел, и хозяин с гостем обменялись рукопожатиями. Они были знакомы сорок лет, и за это время датчанин почти совсем не изменился: все такой же «скрипичный ключ» с искривленным под невообразимым углом позвоночником, похожий на причудливую фигурку из жести. Херманн всегда восхищался тем, как Торвальдсен умеет контролировать свои эмоции. Тот в любых обстоятельствах оставался сдержанным и вежливым, словно в его мозг была заложена некая программа, регулирующая поведение. Для этого необходим талант. Но Торвальдсен еврей. Не фанатик, не ярко выраженный, но все же еврей. Хуже того, он близкий друг Коттона Малоуна. Херманн был уверен, что Торвальдсен приехал в Вену вовсе не для того, чтобы пообщаться с собратьями по ордену.
— Я действительно рад, что вы здесь, — сказал Херманн. — Мы должны о многом поговорить.
Во время ассамблей они часто проводили время вместе. Торвальдсен был одним из немногих членов ордена, чье состояние могло соперничать с капиталами Херманна. Он имел тесные связи с большинством правительств европейских стран, а его миллиарды евро говорили сами за себя.
В глазах датчанина блеснул огонек.
— Я сгораю от нетерпения услышать все, что вы хотели бы мне сказать.
— А это кто? — осведомился Херманн, кивнув на паренька, стоящего рядом с Торвальдсеном.
— Гари Малоун. Его отец уехал на несколько недель и оставил мальчика со мной, а я решил взять его с собой.
Потрясающе! Торвальдсен его прощупывает!
— Вот и отлично. Несколько более молодых, чем мы с вами, членов ордена также приехали с детьми. Я позабочусь о том, чтобы они не заскучали.
— Не сомневаюсь в этом.
Вошли слуги с чемоданами, и Херманн жестом велел им нести их на второй этаж. Он заранее решил, какую комнату займет Торвальдсен.
— Прошу вас в мой кабинет, пока перенесут ваш багаж. Маргарет не терпится встретиться с вами.
— Но со мной Гари.
— Все в порядке. Возьмем его с собой."
"Малоун покончил с завтраком и смотрел на Джимми Макколэма. Он был почти уверен, что имя не настоящее.
— Не расскажете ли мне, в чем заключается ваш интерес? — спросил Макколэм. — Александрийская библиотека — это нечто вроде Святого Грааля. Ее искали многие, но они либо фанатики, либо чокнутые. Вы не похожи ни на тех, ни на других.
— Вы тоже, — сказала Пэм. — И в чем же ваш интерес?
— Что у вас с плечом?
— А с чего вы решили, что у меня что-то с плечом?
Макколэм поддел вилкой кусок омлета и сунул его в рот.
— Вы все время гладите его — так, будто оно ушиблено.
— Может, так оно и есть.
— Вы вообще ничего не хотите мне рассказывать. — Макколэм посмотрел на Малоуна.