Погруженная в повседневную рутину жизни студентки, Алёнка внезапно открывает для себя нечто большее. В Синем лесу она находит второе дыхание и смысл жизни. Здесь начинаются приключения и открытия, где каждая капля воды имеет свой исторический посыл, а каждый моток веревки — тайны древних колдовств....
Понимаю, это неприятно, когда тебе, всесильной попытались возразить и ткнуть в очевидное. И кто? Девчонка!
Полоска красных губ женщины стала ещё уже, а пальцы побелели. Спускать такое какой-то адептке магистр была не намерена.
Неожиданно я заметила что-то такое, напоминающую тонкую плёнку, что отделяла нас от остальной группы. Вздрогнула, когда откуда-то с потолка раздался знакомый голос:
– Магистр Цветикус, как член попечительского совета я напоминаю о недопустимости подобного поведения относительно адептов.
Не видела Никиты, но один только его голос успокоил и вселил надежду, что не сорвусь и не нагрублю в ответ на хамство и попытку унизить.
– Не слышу ответа. – Жёсткий голос мужа напугал травницу. Но в отличие от побелевшей Люсинды я не боялась. Она перестала вертеть головой и посмотрела на меня не только с неприязнью, но и с долей ужаса.
– Я всё поняла, князь Никита Олегович. Больше этого не повторится.
И я надеюсь, что подобной гадости в свой адрес больше не услышу.
– Адептка Найдёнова, сядьте на своё место. Надеюсь, мы друг друга поняли, – произнесла Цветикус, не повышая голоса.
– Более чем, – в тон ей отозвалась я. И прежде чем сделала хоть шаг в сторону плёнки и девочек, над ухом прозвучало:
– Алёна, не бойся, я сумею тебя защитить.
Кивнула. Отчего же не подумать. Вот прямо сейчас сяду и начну подпись новую репетировать. Ох, назрел у меня вопрос к мужу и не один. С чего это красногубая так себя ведёт? Может, у князя в прошлом с этой травницей что-то было? Как говорила аптекарша Юлька: «Хрен ровесников не ищет».
– Твоим подругам я сотру память на десять минут. – Лёгкое касание в районе запястья и ощущение, что муж тут, исчезло.
Удивительно, как после появления Никиты изменилась Цветикус. Едва я вернулась за парту, как магистр принялась объяснять основы травологии – о жизненных формах высших растений. Информация не особо отличалась с ранее изученной мной, а потому я только делала вид, что слушаю внимательно.
