Искусственная инопись глядит на главную героиню Аленушку, недовольно перебиваясь с парнем-блондином. В воздухе пьянящая мелодия оркестра, а вокруг танцуют люди в ярких костюмах, создавая неизгладимую атмосферу праздника и веселья, куда-то затерянного среди непонятных звезд....
Потом переглядываюсь с идущей под руку подругой, и мы, не сговариваясь, начинаем смеяться.
Вот что значит: близкий по духу человечек с родины!
Как же здорово, что Ираида мне повстречалась.
— Ой, не могу, живот болит, — фыркает белоруска, обмахиваясь ладошкой. А, спустя минуту, добавляет. — В галерее мы с Люсиком встретились. Представляешь, я решила рано утром прогуляться и картины рассмотреть. А-то всё бегом и бегом. Совершенно не до искусства последнее время было. А тут проснулась и понимаю: стоит сходить.
— Ага, представляю, — киваю, пряча улыбку.
Вот же лиса хитрющая.
Прознала про приехавшего кавалера и тут же стартанула на абордаж.
А в прочем, молодец, Рида!
Так и надо. Особенно с реалиями нашего прошлого мира, где либо успеваешь себе хорошего мужика отхватить вовремя, либо забираешь то, что осталось. Потому что куковать жизнь одной совсем горестно и скучно, даже поругаться не с кем и сковородкой погонять.
— Ну и вот! Эльфик тоже туда пришел, — продолжает блондинка, жестикулируя свободной рукой, — хотя, нет, влетел, как ангел.
Потому что от Хануша ноги делал. Чтобы «благословения» по заду от учителя не словить.
Добавляю про себя.
— Наверное, тоже вдохновения искал, — рассуждает Рида. — Не поверишь, он же великий художник. Особыми техниками нанесения мазков на холст владеет.
— Да ты что?
— Сама в шоке! Такой красавец, свободный, да еще и творит, как Бог.
— Уже видела?
— Что? — удивляется разоткровенничавшаяся подружка.
— Ну-у-у, творения Бога, — подталкиваю в шутку плечом девушку.
— А-а-а, не! — отмахивается рукой, как от надоедливой мухи. — Потом гляну.
— И что? Побеседовали? — уточняю с подколкой, вспоминая, как мне «прекрасный Люсик» и слова в свой монолог вставить не давал.
— Ага. Только он всё больше отмалчивался, кивал или поддакивал. И на вопросы отвечал, если спрашивала. Скромняшка.
— Мы точно про Лильеносиниэля говорим? — останавливаюсь, с удивлением рассматривая Риду.
— Конечно. А что?
— Интересненько. Очень. А вел себя как?
— Не поверишь, смотрел влюбленными глазами, словно чудо узрел. И руку несколько раз поцеловал.
— Да нет, верю, — киваю в сторону приближающихся к нам Ранура и Люсика.
Последний действительно ведёт себя немного странно. А точнее так, как и сказала белоруска. Глаз с девушки не сводит, словно не верит, что вот она перед ним. И улыбка безумно-довольная с лица не сходит.
