Искусственная инопись глядит на главную героиню Аленушку, недовольно перебиваясь с парнем-блондином. В воздухе пьянящая мелодия оркестра, а вокруг танцуют люди в ярких костюмах, создавая неизгладимую атмосферу праздника и веселья, куда-то затерянного среди непонятных звезд....
Вот и выходило, что через четыре дня моя чудная подружка планировала меня покинуть, чтобы покорять Эльфийское Королевство.
Эта новость одновременно и расстроила, и порадовала. Так как за себя, остающуюся без моральной поддержки «из родного края», было грустно, но за обретенное счастье Риды тепло и радостно на душе.
Однако, еще более заинтересовали меня слова Люсика в отношении Миналь, бедной брошенной на произвол судьбы избранной девушки. Слишком много ехидства и пафоса вылилось и в сторону «слепого» дракона, не замечающего очевидного и задирающего нос там, где следует склонить голову.
Зато уж свою расу Лильеносиниэль нахваливал так воодушевленно и рьяно, что даже его невеста устала кивать и улыбаться и сделала хмурое лицо. Подействовало на жениха моментально, как ремень на ребенка. Гламурный красавчик тут же сдулся, пришёл в себя и дальше уже весь разговор «не отсвечивал».
— Дальше было худо, — возвращаюсь к разговору о своём самочувствии после того, как меня «разморозили» высшие.
— Из кровати — это хорошо, — подмигивает белоруска, хитро сверкая глазами. — Видела-видела, что Ранур от тебя рано утром уходит.
— Я боюсь пока одна оставаться, — признаюсь в новой слабости. — Из-за этих чертовых пауков вздрагиваю от каждого шороха или резкого движения сбоку.
— Верю. Алёнка. Ужас полнейший. Мне Люсик только примерно показал, как они выглядят, я и то струхнула, — поглаживает по предплечью Рида, делясь поддержкой. — А с этой дрянью хитрозадой что?
— Райсой?
— Угу! Вот тебе и чудо-чудное, диво-дивное из гарема. Красавица-убийца.
— Люди Ранура поймали её, когда она пыталась пересечь границу, направляясь в сторону нейтральных земель. Еще бы пара часов, и девчонка затерялась, как пылинка в пустыне.
— Сомневаюсь, что твой дракон оставил бы её без наказания.
— Согласна, — киваю, вспоминая белого, как мел, демона-дракона в первую мою беспокойную ночь, когда я с криком просыпалась, размахивая руками и ногами.
Мне повсюду мерещились мохнатые твари, забирающиеся на кровать и норовящие куснуть за неприкрытые конечности или в шею.
Как итог, брюнетистая прелесть двое суток не покидал моих покоев и не спускал меня с рук, руководя операцией по захвату преступницы прямо из гостиной.
