Искусственная инопись глядит на главную героиню Аленушку, недовольно перебиваясь с парнем-блондином. В воздухе пьянящая мелодия оркестра, а вокруг танцуют люди в ярких костюмах, создавая неизгладимую атмосферу праздника и веселья, куда-то затерянного среди непонятных звезд....
— И в чём конкретно?
— В том, что провел параллели с прошлыми покушениями на Избранных, и зациклился на поиске преступниц среди невест.
— Ну, если разобраться, то тут не параллель нарисовалась, а одна сплошная линия, которая, как раз-таки, и тянется именно с тех времен.
— Значит, глубже надо было копать, глубже.
— Не кори себя, — приподнимаюсь на локтях и, вглядевшись в самые красивые глаза на свете, глажу своего дракона по щеке. — Такой поворот событий вряд ли хоть кто-нибудь мог предусмотреть.
— Алёнушка, ты могла погибнуть! — напрягается подо мной демон, произнося фразу, так, что я чувствую каждую мышцу, словно лежу на булыжниках, а не на живом существе.
— Но не погибла же.
— А нервные срывы? Тебя же ни единожды до них умудрились довести.
— Просто я — знатная трусиха, обожающая совать нос во все дыры.
— Ты — умница, которая размотала этот преступный клубок.
— Скажешь тоже, — фыркаю, скользя губами по щеке Ранура.
Вспоминаю вновь этого мерзкого человека. Дракона. А по факту жадного и завистливого старикана. Визира Инаша.
Да-да-да!
Именно он, всегда улыбчивый и обходительный индивид, оказался тем, кто запустил в спину Ранура огненную стрелу, желая уничтожить.
Только не учел двух вещей.
Бой с Инашем оказался коротким по длительности, но насыщенным от информации, которую злобный визир выкрикивал, брызгая слюной.
Вот так мы и узнали, что именно он еще шестьсот лет назад организовал первые покушения на Избранных.
Поэтому гаденыш и натравил тогда на нее виверну, а затем, применив внушение, сделал так, что наказание понесла невиновная невеста-драконица, сама себя оклеветавшая.
