Как часто наши встречи не случайны. Я бежала с работы почти вприпрыжку по ледяным колдобинам и снегу, так быстро пришлось уйти от насекомых на тропинках, что ощутимо тянуло меня на холмы и дальше к зданию. Ветреным стал город в последние годы из-за хаотичных снежных лавинообразований. Температура опустилась ниже минус двадцати пяти, и зима выдалась ранняя и морозная....
NNКогда я вышла на крыльцо храма, меня встретила жадная тишина и множество ждущих глаз. Я обвела глазами все это сборище и еще сильнее уверилась в том, что понятия не имею, что мне с ними делать. А еще поняла, что очень зла на Энлиля за такую подставу, на свою прабабушку, устроившую мне такую подлянку, и на себя, что я, дура доверчивая, вляпалась во все это и теперь тону все глубже."
"– Я освободила вашего Властелина Ветров. Пусть кто-нибудь приберется в храме, там осколки. Решение о судьбе вашего народа будет озвучено завтра.
Раймена задумчиво осмотрела меня долгим взглядом и вдруг неожиданно глубоко поклонилась.
– Хорошо, ваше высочество.
Тут ко мне подбежал монимонт с кинжалом Илмара в зубах.
– Альф, спасибо, мой хороший.
Альф понятливо моргнул и развернулся к Илмару.
Всю дорогу до дворца я молчала. У меня просто не было сил, чтобы обсуждать произошедшее. И я не знала, нужно ли рассказывать все, что поведал Энлиль обо мне самой. Конечно, Шер и Илмар не чужие люди, но все же то, что я узнала сегодня о себе и о своем происхождении, – это очень личное и очень важное. И категорически не хотелось, чтобы об этом знала хоть одна живая душа.
Я слишком привыкла жить в мире, в котором самая страшная и самая главная власть – это информация. От того, кто владеет этой самой информацией, в большинстве случаев зависело все – благополучие, спокойствие, жизнь. Я усвоила это давно и совсем не хотела, чтобы кто-нибудь знал обо мне то, что я сама не готова рассказать. Даже то, что я из другого мира, не следовало рассказывать кому попало, а уж о своем происхождении – и подавно.
По дороге Илмар пару раз пытался меня разговорить, но я бурчала что-то нечленораздельное, и в итоге он от меня отстал. Есть у меня нехорошая привычка – замыкаться в себе, если переживания по-настоящему серьезные. Такие вещи «перетирать» с мамой или подружками я никогда не пыталась. Пока сама не осознаю, не приму и не смирюсь, просто не могу выплеснуть это в эфир. Шер уже успел это узнать, поэтому в целях самосохранения меня не дергал.
