Надоела вся эта скучная повседневность? Ну, ты замахнулась, сестренка, - улыбается Инга. А я согласилась на отдых для родителей, но решила взять его наедине со мной. Ничего экстравагантного не предложила – просто выбрала простые радости жизни вдали от шума и суеты.
Мужчины дегустировали какой-то янтарный напиток и о чем-то мирно беседовали.
- Сердце мое? - мой оборотень заметил меня первым и поднялся с дивана.
Улыбнулась Лукрецкому и поманила к себе. Альфа послушно приблизился.
- Надо поговорить, - тихо произнесла, хотя мамин супруг, полагаю, услышал.
Демьян не стал задавать уточняющих вопросов, взял за руку и отправился на кухню.
- Влада, - поинтересовался он, плотно прикрыв на нами дверь, - что-то случилось?
- Нет, но я хочу поговорить с мамой.
- Я так и понял, - хмыкнул оборотень.
- Этого мало, - чуть повысила голос. Решила быть с Лукрецким максимально откровенным.
- Мама молчит. Боится либо тебя, - мужчина прищурился, - либо мужа.
- Влада, не лезь в это. Их отношения - их личное дело.
- Я не лезу! - возмутилась.
- А что ты делаешь? Я тебе уже говорил, что пара считается собственностью самца, -поморщилась при этом напоминании. - Васины живут вместе несколько лет и неплохо живут. Насколько знаю, Камелия Емельянова приняла наши правила.
- Я это понимаю, - соврала, потому что я точно ничего не понимала. - Мне просто нужно остаться с мамой наедине.
- Хорошо, - протянул оборотень, - от меня ты что хочешь?
Посмотрела на мужчину, как на идиота. Что тут непонятного? Хочу, чтобы под каким-нибудь предлогом убрал Степана Валентиновича из дома. Возможно, занял его чем-то... да, хоть бы приказал. Сам говорил, что альфе не отказывают.
- Это что не может подождать? В конце концов, если так хочешь пообщаться с матерью наедине, пригласи завтра на шопинг.
- Пожалуйста, Демьян. Неужели так сложно дать нам хотя бы час? Мы находимся на территории стаи. Я не сбегу и со мной ничего не случится, если ты развлечешь Степана Валентиновича, - зря я это сказала, ответом мне стал рык. Недовольный рык.
- За кого ты меня принимаешь? - Демьян недобро прищурился.
- Я не так выразилась, - подошла к мужчине, обняла за талию и прижалась. - Демьян, пожалуйста. Мне просто нужно поговорить с мамой по-женски. Мы очень давно этого не делали.
- Тебе не идет, - хмыкнул оборотень. - К тому же переигрываешь.
Лукрецкий вел себя странно. Он стоял, облокотившись на кухонный стол, позволял себя обнимать, но даже не предпринял попытки проявить какие-то ответные ласки.
- Ты согласен? - с надеждой уточнила.
