Надоела вся эта скучная повседневность? Ну, ты замахнулась, сестренка, - улыбается Инга. А я согласилась на отдых для родителей, но решила взять его наедине со мной. Ничего экстравагантного не предложила – просто выбрала простые радости жизни вдали от шума и суеты.
Итак, место предполагаемой будущей галереи находилось недалеко от моего ресторана. Интересно было, что Лукрецкий сделал с помещением?
Складывалось неидеально, но лучше, чем изначально. Дело в том, что вчера мы с мамой договорились встретиться в первой половине дня. Но уже ближе к ночи, когда я спала, пришла смс. Мама очень извинялась, заявив, что она не сможет, утром и днем возникли какие-то неотложные дела. Завтра она тоже не могла. Понедельник - рабочий день. Мама уже вышла на работу из декретного отпуска. Я этого не понимала, если честно.
- Привет, - раздался в трубке наигранно веселый голос. - Доченька, ты уже в городе?
- Нет, мамуль, но уже скоро подъеду. У меня отличные новости. Мне удалось немного сдвинуть встречу с риэлтором и освободить вечер.
- Э-э, Влада, - явно замялась она.
- Что такое? - насторожилась.
- Вечером тоже не получится.
- Почему?
- У нас со Степой дела, - мне было очень, очень обидно. Впрочем, ругаться не стоило и обижать ее тоже. Решила пойти на уступки. Днем больше, днем меньше проведу в родном городе.
- Давай увидимся завтра вечером, - предложила альтернативу. - Встречу тебя с работы, поужинаем где-нибудь, - было обидно, что не удастся увидеть сестренку, но на территорию стаи меня, скорее всего, не пустили. Да, я сама туда не рвалась.
- Не получится, - быстро произнесла мама.
- Такие важные дела, - ехидно проговорила, - что ты не можешь их отменить ради встречи с родной дочерью, которую не видела три года? - произнесла с упреком.
- Влада, ты не... - мать замолчала.
- Что ""я не""? Договаривай, пожалуйста, - и тут неожиданно меня осенило:
- Тебе что, запретили со мной видеться? - мать промолчала.
Ну, Лукрецкий, ну, скотина!
Меня обуяла неведомая до селе злость. Я и раньше злилась на оборотня. Сначала силой принудил к отношениям. Потом, когда почти смирилась, выставил меня из своей жизни, ничего не объяснив, якобы подарив свободу. Свободу, которая мне уже к тому времени была не нужна. Все три года разлуки изменял. Никак не отреагировал на известие о смерти нашего ребенка.
