Надоела вся эта скучная повседневность? Ну, ты замахнулась, сестренка, - улыбается Инга. А я согласилась на отдых для родителей, но решила взять его наедине со мной. Ничего экстравагантного не предложила – просто выбрала простые радости жизни вдали от шума и суеты.
То есть, по сути, любой оборотень мог использовать меня, учуяв запах Лукрецкого и определив мою принадлежность альфе.
- Нет.
- И как это понимать?
- Ты никогда не оставалась без охраны, Влада.
- Ты что за мной следил?!
- Присматривал.
- Значит, тебе докладывали о каждом моем шаге?
- Нет. Был приказ сообщать только о чем-то существенном, иначе бы не выдержал, сорвался и приехал, - а мне стало больно, невыносимо больно. Выходило, что смерть нашего сына для него ровным счетом ничего не значила. Понятно было, что я старалась не касаться этой темы, чтобы не разреветься.
- Выходит, смерть сына для тебя чем-то существенным не являлась? - тихо спросила. Рисковала сейчас своим счастливым будущим, но жить с равнодушным животным не собиралась. Лучше одной, чем с таким хладнокровным монстром. По словам Лукрецкого потомство для них являлось долгожданным и весьма значимым. А этот... Этот ничего не сделал, когда нашел препарат для прерывания беременности.
- Давай, обсудим это вечером.
- Мы обсудим это сейчас. Я прошу лишь ответить на вопрос.
- Смерть щенка для любого оборотня - катастрофа, - ответил, но ответил весьма пространственно. Притом даже не посмотрев на меня, а я ведь села специально боком, чтобы постоянно смотреть на Лукрецкого.
- А для тебя?
- Для меня в особенности, - не сказать, что подобный ответ удовлетворил полностью, но я не стала требовать в данный момент чего-то большего.
- Так что тогда произошло с Ингой? Она объяснила, зачем что-то вколола мне и Павлу? -Лукрецкий посмотрел на меня.
- Васина слишком падка на деньги. Завела не того любовника, - осклабился Лукрецкий.
- Два месяца? Почему именно такой срок?
- Мне потребовалось немного времени, чтобы чуть успокоиться после разлуки с тобой.
