Надоела вся эта скучная повседневность? Ну, ты замахнулась, сестренка, - улыбается Инга. А я согласилась на отдых для родителей, но решила взять его наедине со мной. Ничего экстравагантного не предложила – просто выбрала простые радости жизни вдали от шума и суеты.
- Мама, а почему Вита не говорит?
- Ну, у нее задержка развития, - нехотя призналась женщина.
- Почему ты мне ничего не сказала?
- Ты ни чем не можешь помочь.
- Ты показывала ее врачам?
- Да.
- И что?
- Нужны большие деньги.
- Почему ты не обратилась ко мне?
- У тебя таких денег нет, - отрезала мама.
- Откуда ты знаешь? - впрочем, я ей не говорила, насколько Лукрецкий оказался щедр. Да, и не слишком она интересовалась моей жизнью за последние три года. - Ну, предположим, что нет. Почему Степан Валентинович не обратился к альфе? Он, наверняка, помог бы.
- Степа не захотел.
- Почему?! - удивилась.
- Судя по всему, она будет ближе к людям, чем к оборотням. Степа сказал, что это неудобно.
- Он что стыдится собственной дочери? - поверить не могла в услышанное, мать промолчала и отвела взгляд. А девочка, видимо, оказалась очень чувствительно к чужим эмоциям. Я старалась не слишком повышать голос, чтобы не пугать ребенка, но Вита все равно начала плакать.
- Ты ужасная мать! - внезапно произнесла и передала маме ребенка.
- Влада?! - не повернулась на голос матери, закрывая за собой дверь.
У нас еще обязательно будет время обсудить проблемы со здоровьем моей сестры. Возможно, даже придется забрать девочку из семьи Васиных на какое-то время и самой заняться ее лечением. Пока думать об этом не хотела. Находилась в откровенном шоке от наплевательского отношения матери к собственным детям. Ладно, я уже взрослая и мама отвечаю за свою жизнь, но Вита.
Глава 16
- Влада? - Лукрецкий удивился, когда я подошла к нему. Он не слишком пытался взять под контроль собственные эмоции. Обычно оборотень не любил их демонстрировать, предпочитая выглядеть в глазах окружающих уверенным в себе циником. Мне нравился такой его образ, я привыкла к нему. Настоящие эмоции можно было наблюдать, если, не отрываясь, смотреть на него какое-то время. Обычно какие-то чувства на лице мужчины задерживались лишь на секунду-две и лицо снова приобретало знакомую, несколько снисходительную ухмылку.
- Мы закончили. Можем идти, - сообщила, не обращая внимания на Степана Валентиновича. Впрочем, тот со мной тоже не поздоровался, хоть и застал в компании альфы. Он в отличии от матери не мог не почувствовать запах нашей с Яном близости, а это очень о многом должно было поведать оборотню.
