Надоела вся эта скучная повседневность? Ну, ты замахнулась, сестренка, - улыбается Инга. А я согласилась на отдых для родителей, но решила взять его наедине со мной. Ничего экстравагантного не предложила – просто выбрала простые радости жизни вдали от шума и суеты.
- Ты ведь не думала, что все закончилось, моя девочка?
- Отвали! - снова попыталась освободиться от ненавистных объятий, добилась лишь того, что мои руки снова поймали и завели за голову.
- Тебе не удастся теперь от меня избавиться, - хмыкнул он. - Думал, заняться с тобой любовью, - несколько быстрых поцелуев в шею превратились в один глубокий. Кажется, с утра у меня будет знатный засос, - и дать немного отдохнуть. Но, видимо, придется поговорить прямо сейчас. Если отпущу, будешь вести себя смирно? - он огладил свободной рукой контуры моего тела и опустил руку к лону.
- Буду, только перестань меня лапать. Противно!
- Ты ведь врешь и течешь для меня! - непроизвольно выгнулась, когда сразу несколько пальцев легко погрузились внутрь меня.
- Да, пошел ты!
- Обязательно пойду, моя сладкая. Вместе с тобой пойду, - завиляла бедрами активней, пытаясь избавиться от ласкающей руки. Чертов Лукрецкий! Он оказался прав. Снова начала возбуждаться. Мне безумно захотелось почувствовать его внутри...
Чем он и воспользовался.
Как-то так получилось, что я больше не сопротивлялась. Сама обняла его, как он только освободил мне руки. Сама потянулась и со страстью ответила на поцелуй. Сама двигалась навстречу его сумасшедшим толчкам.
Вся злость, ярость и раздражение вылились в бешеный секс.
Ненавидела его. Ненавидела просто так. Ненавидела за одно его существование.
Ненавидела себя. Ненавидела за слабость. Ненавидела за неспособность сопротивляться.
Ненавидела всю ситуацию. Ненавидела, когда не могла что-то контролировать. А вот эту странную тягу между нами никак сдерживать не получалось.
- Тихо, хорошая моя, - он аккуратно погладил по бедру и прижался ко мне со спины. Одну руку просунул под талию, плотнее притискивая к себе. - Ничего страшного не случилось. Просто успокойся, - продолжал уговаривать любовник. - Тебе надо немного поспать. Утром поговорим, - произнес Лукрецкий, покрывая невесомыми поцелуями спину в районе плеча.
Чувствовала себя обессиленной и разбитой. Мне не хотелось ничего.
