Надоела вся эта скучная повседневность? Ну, ты замахнулась, сестренка, - улыбается Инга. А я согласилась на отдых для родителей, но решила взять его наедине со мной. Ничего экстравагантного не предложила – просто выбрала простые радости жизни вдали от шума и суеты.
Все, что он сотворил со мной, он называет «по -хорошему»? Совсем осатанел? Ловко выкрутив мне руку, развернул и уложил грудью на коридорную тумбу. Ту, на которой вчера так опрометчиво оставила сумочку, - но раз тебе нравится искать себе оправдание, пусть так. Ты хотела насилия? Будет. Сравнишь заодно со вчерашним, -мужчина задрал мне юбку и ввел в меня пальца. Непроизвольно ойкнула от внезапного вторжения. - Но правда заключается в том, что ты течешь для меня, Влада, даже сейчас, -то, как пальцы легко скользили внутри меня, то, что чувствовала возбуждение, было самым паршивым.
Насилие оно разное бывает. Большинство мужчин не считают принуждение или секс с пьяной партнершей, которая не отдает отчета в своих действиях, за насилие.
Если с собственной совестью могла договориться, отступив от принципов, быть изнасилованной в худших традициях сексуальных маньяков мне не улыбалось.
- Пожалуйста, не надо! - умоляюще произнесла.
- Влада, хорошая моя, - Лукрецкий выпустил руку из захвата, тут же подхватил и усадил на тумбу. Потянулся поцеловать, не ответила, но и препятствовать не стала. Слава Богу, у него еще какие-то зачатки интеллекта остались. - Прости меня! Прости! - неожиданно он извинился, чем ввел меня в некий ступор. Сидела, стараясь лишний раз не дышать, и позволяла крепко обнимать себя. Он прижимал к себе настолько сильно, что мне было больно, но возразить просто боялась.
