Лисы ушли, и Стас признался Егору:
— Знаешь, у меня такое ощущение, что меня сейчас обдурили…
— С лисами по-другому и не бывает, будь уверен, что именно так все и было…
Маша вспомнила эту встречу и улыбнулась про себя. Она обязательно узнает, что там задумала семья Кати. Вот только Суворов прекратит ее гипнотизировать, словно удав кролика и выдавливать из нее по капли все сведения.
— Вспомни, что тебе еще известно об их плане.
— Да я уже все сказала по десять раз!
— Имя ее тети — Надя, ты уверена? — Суворов посмотрел на Егора: — Я же могу поручить ему проверить, Мария. Ты понимаешь, что такие данные достать будет достаточно легко…
— Нина, — выцедила по буквам Маша. Черт, а ведь она клялась не говорить настоящего имени сводной тетки подруги!
— Вот и умничка! — Егор плотоядно улыбнулся. — А то я уже пробил, что ты врешь.
Маша сразу нахмурилась, осознавая, что играть с ней закончили. Выдохнула и призналась:
— Кроме этого ничего не соврала. Правда.
Столкнулась взглядом с холодными голубыми глазами Суворова, пристально смотрящего на девушку, и вздрогнула. Он смотрел словно прямо в душу, считывал там правду.
— Честно! — поклялась девушка.
— Егор, узнай у нее все, что она знает об этой программе, о братьях Катерины… А я пробегусь… — Суворов на ходу начал снимать пиджак, бросил его на спинку стула и быстро вышел.
— Ну что, начнем? — Егор перевернул стул, оперся руками на его спинку и пригвоздил Машу взглядом. — Какое отношение ты имеешь к программе совместимости пар?…
Стасу нужно было успокоиться, чтобы не наломать дров. Не кинуться, как есть, на поиски клана Бродячих. А вдумчиво подойти к делу.
Он понимал, что большинство проблем, свалившихся на его голову, были вследствие его импульсивных действий. Да и в последнее время его характер стал просто взрывной.
Как же долго он не понимал, в чем дело! Как долго сбивался с пути!
Волк протестовал, когда он думал о реальных результатах исследования, бесился, готовый доказывать свою правоту до последнего. Ха! А ведь именно его животная половина первой распознала, что он украл не ту! Но Стас тогда заглушил в себе вторую сущность, как оказалось — напрасно!
Слушать не только разум, но и душу. А она у него была волчья, как ни крути! Человеческое было, но спокойное, уравновешенное. Сейчас же его распирало от противоречивых чувств. Альфа не мог отделать от ощущения, что Катя может попасть в беду, а он просто не успеет на выручку.
