Алиса, привыкшая к спокойной жизни своего маленького городка, отправляется в большую столицу с призывом найти свою дорогу в мире уверенных в себе людей. Но мир Москвы оказывается не таким простым, как она думала. Здесь каждый день обладает новыми уроками и вызовами, где уверенность и оптимизм становятся ключевыми атрибутами успеха....
Смотрю на всяких, будь то шлюха на сайте досуга или скромница, прячущая себя в оверсайз на улице — неважно. Просто любая проигрывает Алиске, а она тут как тут в моих мыслях, стоит мне подумать о сексе. И нет прежнего азарта завалить самую сочную девушку, попробовать других. Все меркнет как на затянутом облаками небе, где пробивается свет только одной голубоглазой звездочки.
Не вижу причин отказываться от ежедневной порции кайфа, приходя домой. Потому что мне до безобразия нравится то, что она болтается по квартире в моей футболке, что-то там копушится и вертится без конца у зеркал, хмуря бровки из-за цвета кожи.
— …мне с тобой хорошо, очень... — смущенно бормочет Алиса, пряча глаза за дрожащими ресницами.
Хорошо — не то слово. Я словно и не жил до нее, только кислород переводил. От робкого признания Алиски мой кровавый насос грохочет клапанами, с гулом взлетающего самолета гоняя кровь по венам. За каменными стенами каркаса Беса разливаются океаны нежности. Хочется спрятать ее от всех и делать счастливой раз десять в сутки.
— Считай, что ты моя, — отвечаю ей на все ее вопросы.
Я уже говорил — если Бес чего-то хочет, он это получает. А на данном отрезке жизни я хочу, чтобы она была рядом. Осталось придумать, как сделать так, чтобы этот опыт не закончился слишком быстро.
Во мне проснулся азарт охотника. Хочу завоевать, подчинить себе, добиться, чтобы верила мне.
— Кто твоя? Кукла? — скользнув взглядом по моей кривой ухмылке, уточняет Алиса, пытаясь сосредоточиться.
О, приплыли! Лед растаял не только между нами, а еще и в слабеньком желудке Куклы.
— Моя куколка, моя женщина, моя секс-рабыня, — перечисляю я для особо опьяненных.
Алиска ерзает между моих ног на диване, осторожно касаясь ладошками моей груди. Постепенно пробираясь к шее и смыкая пальцы на моем затылке. У меня в грудине растекается такая нежность, что пора откачивать, иначе лопну.
Только теперь я понимаю, по какой причине пацаны отказывались от тусовок, предпочитая проводить время со своими любимыми.
Я просто целую Алиску, просто дышу ею, но эти ощущения сравнимы с оргазмом, только длятся не секунды, а значительно дольше.
В мозгах пусто, мира вокруг не существует, есть только эти срывающие крышу ощущения. Разве можно в здравом уме от этого отказаться?
— Клянись, что ты не был с ней? С Лизой!
— С кем, блядь? — охренев от ее вопроса, даже не фиксирую то, что Алиса лезет в мои дела.
