Алиса, привыкшая к спокойной жизни своего маленького городка, отправляется в большую столицу с призывом найти свою дорогу в мире уверенных в себе людей. Но мир Москвы оказывается не таким простым, как она думала. Здесь каждый день обладает новыми уроками и вызовами, где уверенность и оптимизм становятся ключевыми атрибутами успеха....
В ее глазах и беспокойство, и надежда, и еще хрелион отражений ее мыслей.
— Я честно ее не заставляю! Она меня любит по собственному желанию! — заверяю я маму, пока сверкающие слезы в глазах не превратились в ручьи.
— Если это так, то я ее уже тоже, так что не смей ее обижать, — бормочет мама, намекая мне на мой невыносимый характер.
— Дай мне твою коробку с кучей ячеек. Помнишь, тебе косметику в ней прислали?
Мама паникует, что я собрался дарить Алисе косметику, которая там находится, но у меня была идея лучше.
Провозились мы с хеппи-боксом часа два. За это время мама сто пятьсот раз просила меня быть джентльменом и не напугать девочку своим доминантным характером отпетого засранца.
Маму надо слушать. Лет до пятнадцати, кажется, потом советы «надень шапку» и «не связывайся с плохой компанией» уже стали для меня неактуальны.
Не хочу я быть хорошим парнем, эта Куколка ответит мне сегодня за всю хурму!
Глава 24.
Спешно влетая в гостиничный номер, я на ходу скинула с себя одежду, забегая в ванну. До десяти вечера оставалось меньше двух часов, я слишком долго носилась по магазинам, чтобы купить себе одежду на рок-концерт.
Под горячей водой натерла себя до розового цвета и в этом же темпе поспешила в комнату, попутно высушивая волосы полотенцем.
Еще не было и девяти вечера, а я уже была готова. Смоки-айс с «лисьими стрелками», пара ярких прядей в волосах, короткое кожаное платье, под которым супер-развратное белье, и летние тряпичные сапожки.
Тихий стук в дверь моего номера тут же аукнулся громким биением сердца в груди. Но ненадолго, как только я распахнула дверь, сердце замерло, остановив и дыхание.
Как всегда, невозмутимо-красивый! Загромоздил весь проем двумя метрами разрисованного тела, скрытого под облепившей рельеф широкой груди футболкой и строгими брюками.
Макар смотрит на меня непривычно серьезно. Взгляд удивительных глаз проникает прямо в душу.
— Не смог больше ждать, Куколка, — сообщает мне Бес, делая шаг ко мне.
Во рту пересыхает, и все мои заготовленные слова и обещания ему расплываются белым пятном в памяти. По инерции отступаю, пропуская его в номер.
Бес захлопывает дверь и резко опускает мне руку на талию, дергая к себе.
