В Альфа-самке мир мутается под влиянием властной самки. Она меняет все существующие нормы и порядок, создавая хаос вокруг себя. Книга раскрывает атмосферу жесткой власти, погони и невероятных решений героев, которые не могут устоять перед ее магической властью.
Царь проводил его взглядом. Помедлив, чуть заметно качнул головой. Нет, ещё рано. Он не так уж и пьян. Ни к чему поднимать шум. Ничего, времени ещё достаточно.
Можно позволить себе присесть и отдохнуть. Позади – долгое путешествие по мёртвому месту. Теперь оно открыто целиком. Это так приятно – ходить по следам мертвецов, знать, что они ушли, а ты нет, и всем естеством праздновать свою победу. Краски жизни становятся такими яркими, такими насыщенными.
А здесь… здесь, в самой сердцевине мёртвого места, где на языке снова танцует та самая пряная горчинка, будет особенно вкусно дать наслаждению полную свободу, выпустить его из клетки, в которой оно всё это время набирало силу.
"Жадное пламя охватывает тело, раскинувшееся на диване. Глупые люди, они боялись огня, они бежали от него, а ведь он так прекрасен!
Мёртвое место, спасибо тебе.
Сквозь дурман, окутывающий голову, доносится шарканье многих ног.
…На палубе было прохладно, но не слишком. В самый раз, особенно после коньяка. Юрец подошёл к бортику, положил ладони на перила и уставился на воду, мерно плескавшуюся возле «Феликса Дзержинского».
Плеск волн изменился, шлепки воды о борт стали менее звучными, зато более частыми, словно волны разбились на мелкую рябь. Затем раздался лёгкий скрежет. Внизу, на самом носу, среди глубоких теней слегка шевельнулась якорная цепь.
…В казино Полина, покусывая губы, искала выход из ситуации. На «очко» она больше не рассчитывала – вон как всё повернулось. Нет, надо было придумать что-то ещё. Девушка посмотрела вслед ушедшему на палубу Юрцу. Может, закрутить с ним на глазах у Саши – пусть поревнует? Полина покачала головой. Не выйдет. С кем-нибудь другим можно было бы, но не с Юрцом. Для этого дурачка друзья – не пустой звук.
На глаза попался шест, торчавший посреди сцены.
– Любимый, – громко прошептала она, – у меня есть для тебя подарок.
…В дальнем конце центрального коридора, у самой кормы, открылась дверь одной из кают. Через порог переступили ноги, обутые в щегольские мужские туфли на платформе, видневшиеся из-под расклешённых джинсов.
