В отчаянии надеяться на хоть какое удовольствие? Надоело унывать под звуки гусениц? Альфонс нечаянно нагрянет — мир, где черный язык и новогодняя елка сменяются шпионскими операциями. В этом романе жаргонные коды вплетены в самый яркий, а может быть, и сюрпризный момент — юмористический взгляд на предпраздничную суету и новогоднее безумие под зеленой фатой....
Потом нервно сглотнул и удивленно спросил:
– Василиса Олеговна? А вы не нашего начальника знакомая?
– Это смотря кто ваш начальник, – выступила Люся. – Если мафия какая, то даже и не надейтесь! У Васи Пашка в органах трудится, а я…
Мужчина замахал руками:
– Да какая мафия! Пашка… Это Павел Дмитриевич, что ли? Курицын, да? Тьфу ты! Так это ж он меня к вам и направил! Меня Игорь Антонов зовут! – Парень радостно замахал руками, потом бережно подхватил женщин под руки, повел их по аллее и стал терпеливо рассказывать: – У нас с женой проблемка небольшая возникла: сынишке четыре года, а в садик не берут, говорят, мест нет, дескать, вставайте на очередь.
Василиса гневно пыхтела и от возмущения жевала язык – боялась наговорить лишнего. Нет, это ж надо – нянька!! Берет недорого!! Да еще и со странностями!! Ну, Пашенька, сукин сын!
– А чего ж он вам не поможет в садик ребеночка устроить? – спросила Люся.
– Да! – рявкнула Василиса. – Он троим своим знакомым устраивал! Вот вы, молодой человек, возьмите, приведите дитя, посадите за стол Павла, прости господи, Дмитриевича! И пусть шевелится! Или к Лидочке отведи мальчика! Невестка и так с тремя дома сидит, где трое, там и четверо! А то посылает он!!
Антонов загрустил:
– Да нет, чего ж я за стол… Значит, не возьметесь?
– Ты уж прости, сынок, но никак, – замялась Василиса.
