В отчаянии надеяться на хоть какое удовольствие? Надоело унывать под звуки гусениц? Альфонс нечаянно нагрянет — мир, где черный язык и новогодняя елка сменяются шпионскими операциями. В этом романе жаргонные коды вплетены в самый яркий, а может быть, и сюрпризный момент — юмористический взгляд на предпраздничную суету и новогоднее безумие под зеленой фатой....
Собрала с клиентов деньги на заказ, а кошелек с собой забрала, нас однажды обокрали, ничего не взяли, только все деньги выгребли, так теперь с собой и таскаю. Да еще думаю, вдруг Лере деньги понадобятся… А сама его и посеяла, ну не растеряха ли? Люсенька, это вам!
И Татьяна вытащила из пакета новенькие белые пушистые рукавички.
– Чтобы руки не мерзли, ваш-то пакет так и не нашли. Так что… Чтоб и у вас счастливая находка была.
Она радостно смеялась, смущенно махала руками, и с ней было легко и приятно.
– Ну все, девочки, спасибо, побежала я.
– Здра-а-ассьте! – в голос заныли «девочки». – А кто это все пить-есть будет? Нет уж, садитесь, давайте выпьем за счастливые находки.
Татьяна капризничать не стала. Женщины расположились за столом, быстренько перешли на «ты», благо возраст позволял – Татьяна всего-то лет на десять была моложе, пили, ели и просто приятно общались.
– Ой, девчонки, я как в книге прочитала про мартини, так теперь только его и пью! Нет, вы не думайте, это не от избытка денег, я вообще спиртного не употребляю, а здесь здорово – тоника стакан нальешь, каплю мартини капнешь, и сидишь хмелеешь! И вкусно, и экономно получается.
– А чего – на косметике плохо платят? – выспрашивала Василиса.
Она уже подумывала, не податься ли ей в косметологию. Неизвестно как насчет заработка, но себя-то она бы обеспечила!"
"– Ой, да кто нам платить будет? Сколько продашь, столько и получишь. Проценты с продажи. Я ведь по образованию искусствовед, да только иди устройся по своему профилю… Вот и приходится крутиться… Вы конфетки берите.
– Собачка не укусит, а я могу, – заявила Василиса. – За преступное разбазаривание копченой колбаски!
Люсе тоже очень колбаска приглянулась. Да и вообще – сегодня удался какой-то на редкость вкусный день, а на сытый желудок так и тянуло сказать что-нибудь приятное гостье.
– Очень плохо, что такие люди по своей профессии не работают, – кинулась она в рассуждения. – Из вас получился бы замечательный искусствовед. Вы так тонко чувствуете человеческую душу, из вас бы такой специалист…
– Люся, тебе же сказали – на фиг кому такие специалисты! – защищала Татьяну Василиса.
– А потому что надо было ехать в Москву! Там много всяких очагов искусства, значит, и место бы нашлось, – упиралась Люсенька.
