В отчаянии надеяться на хоть какое удовольствие? Надоело унывать под звуки гусениц? Альфонс нечаянно нагрянет — мир, где черный язык и новогодняя елка сменяются шпионскими операциями. В этом романе жаргонные коды вплетены в самый яркий, а может быть, и сюрпризный момент — юмористический взгляд на предпраздничную суету и новогоднее безумие под зеленой фатой....
Даже институт, который он так упорно покорял, он бросил, потому что понял – образование ему не нужно. А цена за все это – его преданность Лере.
Толик завозился на стуле, потом, краснея, возразил:
– Да ну… Мишка… то есть Ромка, не мог. А если это все и так, значит, он по-настоящему любил эту Леру."
"– Если бы любил, не женился бы на Вальке! – скорчила ему рожу Тамара. – Он просто пользовался Лерой!
Люся вздохнула.
– Но беда в том, что не только Роман готов был ею пользоваться. Нашлись еще желающие.
– Так кто этот неизвестный-то, блин?! Его же найти еще надо!! – вскочил Толик.
– Сядь, Анатоль, – сурово приказала Василиса.
Толик присмирел, рухнул на стул и прилежно сложил руки на коленях.
– Его не надо искать, мы его уже нашли, – невесело хмыкнула Люся. – Кто у нас работает в ресторане? Сторожем?
Ребята стали переглядываться – никто из них там не трудился. Василиса уже подумала, что Люся ошиблась, но тут он поднялся. Ничуть не смущаясь, даже с какой-то нагловатой ухмылкой.
– Ну, это я работаю сторожем.
– Оттуда, – просто объяснила Люся, – мы ведь с вами со всеми разговаривали. Толик поменял пять мест работы и устроился грузчиком, правильно?
– Ну а чо? Нормально! – качнул бицепсами тот.
– Боренька, тот все со своим животом никак не договорится, а у тебя, Вадик, вроде и есть работа, но никто не знает какая. Отчего?
Вадим снова пренебрежительно хмыкнул:
– Да оттого! На фига я буду говорить, что сторожу кабак? Чтобы ко мне туда вереницей друзья бегали? Им же только дай пожрать да оторваться…
– Вот из-за жратвы мы и догадались.
