Автор
В телефонном разговоре, Лев решает спешить на место преступления. Его голос звучит несчастным и недовольным, когда он подтверждает готовность к действию по требованию начальника полиции. Этот рассказ с оттенком напряженности и тревоги открывает загадочную историю, где каждое слово может быть ключом к разгадке таинственного убийства....
Пистолет приобрел для собственной безопасности, признаю, но не сделал из него ни одного выстрела, экспертиза вам это докажет. Всё.
Его «всё» прозвучало для сыщиков как приговор. И Гуров, и Стас поняли, что теперь им действительно придется отпустить Нечаева, поскольку у них на него ничего нет. Лев отошел к окну и повернулся к задержанному спиной. Стас включил компьютер и стал делать вид, что занимается своими делами. Бабенко, возможно, догадался о совершенной ошибке, а может, просто разозлился, но только в следующую минуту сыщики услышали:
– Пускай этот Павел Корчагин еще посидит, подумает, а вы, полковник Гуров, вместе с результатами экспертизы зайдите к генералу Орлову! – И Бабенко вышел из кабинета, демонстративно хлопнув дверью, чем еще раз показал свое недовольство.
Лев позвонил дежурному и приказал забрать задержанного.
Когда сыщики остались в кабинете вдвоем, Стас спросил:
– Похоже, надо начинать все с самого начала?"
"– Такая у нас работа, – вздохнул Гуров.
– У меня в такие моменты руки опускаются, – честно признался Крячко.
– Ладно, Стас. Сейчас я пойду на ковер к начальству, а там посмотрим. Может, Орлов что-нибудь подскажет.
– Нет, ты мне скажи, Лева, ты вправду веришь, что Нечаев ни в чем не виноват и это простое совпадение? – остановил Гурова в дверях Стас.
– Сам пока не знаю, – задумчиво ответил Лев и вышел из кабинета.
Когда Гуров в который уже раз появился в кабинете генерала, он сразу почувствовал, какое напряжение висит в воздухе.
– И что дальше думаешь делать?
– Честно сказать, не знаю, – покосился на Бабенко Гуров.
– Честность – хорошее качество, но нас сейчас интересуют конкретные предложения.
– Доказательств против Нечаева у нас нет, поэтому его придется отпустить, – начал он. – Сейчас хочу съездить к вдове Розенберга и еще раз с ней поговорить.
– А что это тебе даст? – спросил генерал и, крякнув, приставил кулак ко рту, прочищая горло.
