В Америке пронесся шарм утреннего солнца, словно гигантский кружок золота роскошной одежды, который наконец-то снялся с ветра. Вдруг все начали замечать необычные явления — и то, что казалось случайностью, превратилось в шедевр из повседневного чуда.
Остальные гномы остановились, но существо с палкой прикрикнуло на них:
— Вперед! Не останавливаться!
Ногой оно отбросило с дорожки тельце гнома, подобрало мешок и сунуло в сумку, прикрепленную к животу.
Пашка сжал кулаки.
— Нет, — прошептал он. — Я не уйду отсюда, пока не прекращу этот фашизм.
Он с такой ненавистью поднял кулак, обернувшись к охранникам, что те отшатнулись, выставив вперед свои палки.
Это мгновенное отвлечение дало Алисе возможность наклониться и схватить лежащего у обочины гнома. Она сунула его в нагрудный карман.
Дорога стала шире. Теперь она шла между совершенно одинаковых высоких каменных стен, в которых через равные промежутки были двери, забранные железными решетками. Из-за одной двери доносился плач.
— Кто там? — спросила Алиса.
— Не разговаривать, — ответил охранник.
У следующей двери Алиса увидела обитателей этих камер: прижавшись к решетке, стояли маленькие существа, во всем подобные тем, что вели Алису и Пашку. Они протягивали сквозь решетку покрытые белой шерсткой лапки и молили:
— Кушать! Кушать! Кушать!"
"Один из охранников на ходу ударил ногой по решетке — существа отскочили.
— Я думал… — начал было Пашка.
— Как видишь, и среди них не все равны, — поняла его Алиса.
Она осторожно прижимала руки к груди. Ей казалось, что тельце гнома все холодеет. А может, ей только кажется?
— Пашка, — сказала она по-английски, полагая, что охранники его не знают. — Держи себя в руках. Никаких неосторожных поступков. Мы должны выбраться отсюда.
— Понимаю, не маленький, — сказал Пашка. — Только я очень злой.
Охранники остановились перед пустой камерой. Решетка была откинута.
— Входите, — сказал главный охранник, подталкивая пленников концом палки.
Решетка опустилась. Звякнул замок.
Охранники пошли прочь. Алиса осторожно выглянула. Один из них остался, стоит у стены, сторожит.
Внутри было темно. Лишь кое-где по стенам ползали зеленые светлячки.
— Мы требуем свидания с вашим начальником! — сказал Пашка, подходя к решетке.
— Молчать!
— Я буду жаловаться!
Молния из палки пролетела через всю камеру и ударилась, разлетевшись искрами, в дальнюю стену.
— Погоди, Паш, — сказала Алиса.
Она отошла в угол так, что охранник не мог ее увидеть, и осторожно достала из-за пазухи гнома. Гном уместился на ее ладонях, только босые ноги свешивались вниз. Глаза его были закрыты. Алиса осторожно приложила ухо к его груди. Вроде бы сердце бьется. Она погладила гнома пальцем по щеке. Щека теплая.
