В Америке пронесся шарм утреннего солнца, словно гигантский кружок золота роскошной одежды, который наконец-то снялся с ветра. Вдруг все начали замечать необычные явления — и то, что казалось случайностью, превратилось в шедевр из повседневного чуда.
Пашка не спешил с погружением — он проверял приборы. Потом выпустил оба манипулятора, и длинные членистые руки высунулись по бокам батиската, раскрыли и снова сжали металлические пальцы, страшно испугав акулу. Все системы батиската работали отлично.
Алиса взглянула на приборы. Температура воды понемногу падала — лучи солнца уже не прогревали ее. Вокруг царила вечерняя синь, и рыбы, проплывавшие рядом, казались черными тенями.
Пашка включил прожектора. Большой скат, попавший в луч, взмахнул крыльями и рванулся в сторону.
Батискат опускался по спирали.
Сто метров…
Сто двадцать метров…
Сто пятьдесят метров…
За бортом полная темнота. И рыбы, что встречаются там, сами имеют фонарики и огоньки. Они никогда не поднимаются к поверхности и привыкли жить под большим давлением.
Двести метров…
Двести тридцать метров…
Алиса включила отопление, в батискате стало холодно.
Триста метров…
Четыреста сорок…
— Вижу дно, — сказал Пашка.
Он направил луч прожектора вниз.
Дно было гладким, кое-где по нему были разбросаны крупные камни.
И больше ничего.
— Странно, — сказал Пашка.
— А ты думал, что здесь тебя ждут?
— Ничего я не думал. Давай искать. Может, потребуется осмотреть несколько километров дна.
Пашка набрал на пульте задание для батиската: разработать оптимальный маршрут, чтобы обследовать квадрат за квадратом весь участок дна. Человеческие глаза — далеко не лучший инструмент. Приборы скорее найдут то, что таится под слоем ила.
Подумав несколько секунд, батискат двинулся вперед. Он шел зигзагами, сам избирая маршрут. На дисплее этот маршрут накладывался на карту дна.
Так прошло минут двадцать. Ничего особенного за это время не случилось. Под батискатом тянулось серое, почти ровное дно. Порой появлялись его обитатели: то проползет краб, то проплывет светящаяся большая креветка с глазами на длинных стебельках, то скользнет рыба, по боку которой тянется цепочка огоньков, отчего она становится похожей на пассажирский самолет.
— Гляди! — Пашка нажал на кнопку.
Батискат дернулся и замер. Под ним в слое глубоководного ила протянулась широкая волнистая полоса, будто там проползла огромная змея.
Пашка сразу же перевел батискат на ручное управление и направил его по следу.
— Наверное, это морской змей, — сказал Пашка. — Кто еще мог оставить такой след?
Они проплыли по следу метров триста. И тут он внезапно оборвался.
— Еще одна загадка, — вздохнул Пашка.
