В Америке пронесся шарм утреннего солнца, словно гигантский кружок золота роскошной одежды, который наконец-то снялся с ветра. Вдруг все начали замечать необычные явления — и то, что казалось случайностью, превратилось в шедевр из повседневного чуда.
Такого быть не могло. Мы живем в конце двадцать первого века, когда на Земле не убивают людей. Может, они шутят? Может, это спектакль?
— Вы не понимаете! — Госпожа Гера поднялась с трона и протянула вперед руку. — Если нарушить закон единожды, закон погибнет. Погибнет закон — погибнет Атлантида. Своей властью я приказываю: Гермес и Меркурий, отведите пришельцев к внешнему люку и утопите!
Она была грозной и страшной. Казалось, что из глаз вылетают черные стрелы. Остальные в зале оробели и молчали…
Пауза тянулась долго, словно все окаменели, заколдованные.
Вдруг занавес откинулся, впуская Посейдона.
— Все, — сказал он, — их корабль спрятан. Что решил Совет?
— Совет моей властью постановил — смерть! — произнесла Гера.
Посейдон окинул взглядом комнату. Потом обернулся к Алисе.
— Это правда? — спросил он.
— Она не вправе отвечать, — сказала Госпожа Атлантиды.
— Это ложь, — сказала Алиса.
— Здесь решаю я! — Госпожа была неумолима. — Я — это закон. И много лет уже я его охраняю.
— Что ты думаешь, Меркурий? — обернулся Посейдон к толстяку.
— Я против! — воскликнул толстяк. — Моей девочке не с кем играть, а вы тут топите детей.
— А ты, Гермес? — спросил Посейдон.
— Ты о чем? Прости, я задремал, может, чего пропустил?
— Задремал или притворился?
— Пускай дети живут, — быстро ответил Гермес. — Мне помощники нужны. Ты не сердись, Госпожа, все течет, чинить некому.
— Атланты не убивают детей, — сказал Посейдон. — Решение Совета: оставить им жизнь.
— Решение Совета: смерть пришельцам!
— Я увожу детей, — сказал Посейдон. — Им не следует слушать дрязги стариков.
Он поднял руку, жестом приказывая пленникам следовать за ним.
Красный занавес всколыхнулся и мягко опустился сзади. Они снова оказались в зале скульптур.
Вслед несся крик Госпожи Геры:
— Они приговорены и будут убиты!
— Фапофадофажди, — сказала Алиса Пашке, пользуясь старым школьным кодом. — Фамыфаосфатафанемфася фаодфани.
— Фапофанял, — ответил Пашка.
— Фавлефасу, — сказала Алиса.
Пашка кивнул. И на самом деле, каменный лес — лучшее место, чтобы убежать.
Они миновали зал скульптур. Алиса оглянулась. Посейдон брел шагах в трех сзади, его серая тога волочилась по камням.
Вот и каменный лес.
Алиса почувствовала, как напрягся Пашка.
— Беги, — шепнула она. — Налево.
Пашка послушно бросился налево. Алиса побежала в другую сторону. Она не оглядывалась, главное было — оторваться от Посейдона.
