В Америке пронесся шарм утреннего солнца, словно гигантский кружок золота роскошной одежды, который наконец-то снялся с ветра. Вдруг все начали замечать необычные явления — и то, что казалось случайностью, превратилось в шедевр из повседневного чуда.
— Ой! — сказала двуногая сирена, подобрала подол платья и, похоже, хотела убежать, но нога у нее подвернулась, и русалка неловко упала.
— Бежим, — сказал Пашка. — А то сейчас сюда сбегутся.
Сирена громко рыдала знакомым Алисе голосом.
Этот шум услышал старик, что спал в лаборатории. Он с трудом поднялся с табурета и побрел к двери."
"Алиса отлично понимала, что нужно бежать, но ноги сами понесли ее к плачущей русалке. Она склонилась над ней, помогая подняться.
— Афродита, — сказала она, — вы ушиблись?
— Зачем ты меня испугала! — закричала на нее наследница.
— Вы ошибаетесь, — возразила Алиса. — Давайте я помогу вам подняться.
— Нет, я никогда уже не поднимусь, — сообщила наследница сквозь слезы. — У меня сломана нога.
— Пашка, — позвала Алиса, — помоги мне.
Пашка не отозвался.
Алиса подняла голову, над ней стоял старик Гермес.
Он сказал что-то наследнице на своем языке, и та в ответ разразилась длинной визгливой тирадой.
Она была так возмущена, что поднялась без помощи Алисы и принялась махать кулаками перед носом Гермеса.
Зеленый парик съехал набок.
Старик тоже кричал на наследницу, сирены выли и щебетали возле пустых корыт, эти звуки поднимались, усиленные эхом, к потолку подземного зала, и Алисе казалось, что она сидит на стадионе во время футбольного матча.
Вдруг шум, как по команде, прекратился.
Старик спокойно побрел в свою лабораторию, наследница замолкла, словно ее выключили. И даже русалки-сирены утихомирились.
— Ты думаешь, я его испугалась? — спросила наследница у Алисы.
Алиса нагнулась, подняла фонарь Афродиты, который, к счастью, не пострадал, и передала его женщине.
— И вовсе я не скрывалась от него, — продолжала наследница. — Я переоделась в русалку, потому что люблю изображать русалок. Иногда я даже с ними танцую на берегу. «Где же Пашка? — тем временем подумала Алиса. — Вернее всего, он воспользовался суматохой, чтобы продолжить поиски батиската. Это правильно. У него есть фонарь.
— Почему же вы ссорились с Гермесом?
— А они здесь все из ума выжили, — ответила наследница. — Он ходит в эту лабораторию и говорит, что там работает. А все знают, что он только спит. Он же сто лет как все забыл. И еще смеет кричать, что я мешаю ему ставить опыты, старый дурак!
Афродита подняла подол и стала рассматривать ссадину на коленке.
— Так я и знала, — сообщила она Алисе. — Почти до крови.
