Я была изгнанная от своего истинного Я, но в Алисе в стране насильников мой внутренний мир взорвался. Сцены нетрадиционного и БДСМ секса сотрясают привычные границы повседневной реальности, создавая незнакомую и страшно захватывающую атмосферу, где каждое слово отводит черту к новому граничащему между добром и злом....
Наши руки и ноги приковывали к стене, нас растягивали на стойках, мучили, поливали воском зажженной свечи и пытали, готовя к актам БДСМ. Нас учили молча переносить боль, надевали электрический собачий ошейник, который используется для отучения собак от лая."
"Меня и других девушек подвешивали, приковывая за запястья, на несколько часов. Я висела и слышала крики животных, чувствовала их запах: они находились в клетках по соседству. Там был козел и несколько собак, обученных реагировать на запах мочи.
Когда Ганс Трафик подходил к прикованным девушкам и мочился на нас, мы знали, что сейчас приведут к животному алтарю для уроков зоофилии или съемок в порнографии для удовлетворения запросов извращенных зрителей, которым продавали кассеты с нашим участием.
Но все же, большая часть занятий проходила в зале Школы, служившем также студией для съемок, и была посвящена традиционному общению женщины с мужчиной. Нас часто снимали с приглашенными актерами при ярком свете софитов.
Помню первую мою съемку с пожилым культуристом.
Я рассматривала морщинки на его лице, указывающие на нашу большую разницу в возрасте, которая, почему-то, совсем не волновала меня. Видимо после богатого опыта с Биллом и Абрамяном.
Пока мужчина удовлетворял свои потребности, я разглядывала его. Пыталась найти что-то положительное в происходящем, я сама придумала эту фишку для себя, чтобы постоянно быть в тонусе и хорошем расположении духа.
В мужчине я оценила его слегка горбатый нос с небольшими ноздрями, которые расширялись и сужались, стоило ему сделать вдох или выдох. Еще я заострила внимание на его губах: они были очерченные, полные, страстные, периодически увлажняемые проведенным по ним языком.
Актер также разглядывал мое лицо, я чувствовала, что нравлюсь ему, он работал уверенно, отточенными движениями. А камера и оператор – не смущали нас.
Но вдруг, в зал ворвался другой, темнокожий актер. Он приспустил штаны, и я увидела его необычно большой пенис.
