Начинается новая глава в жизни Алька Верника – бывшего кадета, теперь уже офицера. Прошло два месяца с момента, когда над их шевронами появились золотые офицерские крылышки. За это время мир изменился: закончилось трехсотлетнее противостояние колониальной экспансии тентурийцев, и настало время для новых вызов и открытий в этом мире, где каждый шаг может изменить все....
Похоже, «Алька Верник и наследие предков» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Древняя цивилизация? Апаньяры? – спросил отмерший Погодин.
– Не похоже, – откликнулась я, проходя вперед, и дотронулась до первого из символов.
Глава 27
Стена была теплой и, вообще, в этом зале было тепло, словно снаружи не бушевал снежный буран. С самого раннего детства я ездила с бабушкой Пелагеей на все выставки, научные конференции и даже некоторые раскопки, но нигде не встречала подобных символов. Здесь были не надписи, а целые схемы каких-то загадочных ритуалов.
– Аль, – позвал Стас, – внеплановый расход энергии приостановился, сможем продержаться подольше.
– Хорошо, – на автомате ответила я, погруженная в свои мысли."
"Но если апаньяр не имеют отношения к этому месту, то каким образом совпали символы на моем денкоро. «Ключ ко всему» – сказали мне, когда передавали медальон. Ко всему… Это так много и так мало одновременно. Что для человека все? Жизнь? Любовь? Бессмертие? А для меня лично? Что такого есть в моей жизни без чего я не мыслю своего существования? И тут же вспомнила добрую улыбку мамы, строгий взгляд отца, бабушек… и почему-то тангира Элвэ.
– Аля, – снова позвал Погодин, что-то внимательно рассматривая на стене, – подойди сюда, пожалуйста.
На стене, которую так внимательно изучал Погодин, был изображен символ Коалиции – круг с девятиконечной звездой внутри. Рядом шли какие-то странные значки, письмена, а потом изображение распадалось на четыре части: круг и три равносторонних треугольника.
– Странно, что Высший совет избрал символ уже использовавшийся древними, – задумчиво проговорила я.
– Вовсе не странно, – пожал плечами Стас, – вспомни Земные религии, там везде вначале было слово, а оно чем изображалось?
– Буквами…
– Буквами… – передразнил меня Погодин, – а буквы – это символы и чем они древнее, тем могущественнее. Есть хочешь? У меня шоколадка есть.
– Хочу, – протянула руку, убрав предварительно защитный экран костюма.
Необходимость в нем теперь отпала.
