– Аленька, – всплеснула руками Пелагея Джоновна, – что же мы стоим? У нас же там стол… и ужин, а тебе питаться сейчас нужно хорошо, ты после болезни…
– Гея… – попытался достучаться до бабушки дед, – она не только наш птенец, но еще и офицер, боевой офицер, прошедший крещение!
– Тар! – грозно посмотрела на него ба, – я лучше знаю, что нужно детям после болезни. Ты закал бульон?
– Я сделал все, что ты просила, моя птичка! – ответил он."
"Нежно так ответил, по-домашнему. Они спорили и ворчали друг на друга словно пара, которая все эти годы прожила вместе.
Глядя на них, губы невольно расползались в улыбке. Забавные… Трогательные… Бесконечно любимые! Я так была рада, что не сразу заметила присутствие еще двух человек.
– Тар! – раздался глубокий, властный, женский голос, – представь нас.
Подняв голову, встретилась взглядом с очень похожими на мои, серыми глазами. На одном из диванчиков сидела красивая блондинка. Величественная осанка, гордая посадка головы, увенчанной высокой прической, все в ней говорило о привычке принимать решения и держать любую ситуацию под личным контролем.
Но в то же время, взгляд женщины был теплым, а уголки красиво очерченных губ слегка приподняты вверх. Она, также, как и я, с нежностью и радостью смотрела на бабушку и легара. Не так уж и трудно будет найти с ней общий язык. Эленмарка располагала к себе.
– Аля, – улыбнулся дед, – позволь представить тебе энфину моего рода, фаэру Яванну. А этот птенец, – Белиготар Сорг подвел меня к дивану, на котором восседала женщина, – потомок моей избранницы Пелагеи.
– Она ведь ваш общий потомок, не так ли? – спросила с улыбкой эленмарка.
– Конечно, общий, – улыбнулась прапрабабушка, – на Земле остались три предыдущих поколения нашего потомства.
– Что… и все девочки? – как-то одновременно удивленно и восхищенно спросила женщина.
– Ну, да… – смутилась ба.
– Белиготар, ты понимаешь, как тебе повезло? Ты вливаешься в сильнейший род, благославленный Богами! – на глазах женщины выступили слезы.
– Понимаю, моя энфина! – тихо ответил легар.
– Почему это он вливается? – не удержалась я.
– А ты разве против, птенчик? – подняла на меня глаза фаэра Яванна, а легар застыл.
– Я не против счастья моих бабушки и дедушки, просто по земным обычаям жена входит в семью мужа, а не наоборот! – выпалила и посмотрела на бабушку Пелагею, она согласно кивнула мне.
– Что ты хочешь этим сказать, милое дитя? – эленмарка взяла меня за руки и усадила рядом с собой с какой-то дикой надеждой вглядываясь в глаза.
