В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
— Принеси чаю, — распорядился он, сопровождая гостью в библиотеку.
Горел камин. Ощущался запах дыма, вишни и чего-то ещё — землистого, мшистого. Так пахнет в лесу осенью после тихого затяжного дождя.
Мужчина указал гостье на кресло у камина, а сам подошёл к столу и набросил на раскрытую книгу чёрную бархатную салфетку, украшенную серебряным шитьём и кисточками по углам.
Он не спешил начать разговор.
В раздумье снова глубоко затянулся дымом из трубки и, словно опомнившись, быстро выдохнув, сказал:
— Простите.
Прошёл к камину, присел у решётки и осторожно выбил табак из чаши.
Мадам Ле Бретон молчала тоже.
Вошла Бертина с подносом, на котором стояли две чайные пары с чаем, вазочка с кусочками сахара и блюдце с нарезанным лимоном.
Граф подал гостье чашку:"
"— С лимоном и двумя кусочками сахара?
— С одним… Merci, — взяла она угощение.
— Значит, вы разыскиваете баронессу Шэйлу Спарроу.
— Quoi?.. Спарроу? — дрогнуло блюдце в руке посетительницы, звякнула чашка, ложечка упала на подол платья.
Ольга, удерживая, схватила обеими руками чайную пару. Вернула на столик:
— Если можно, s'il vous plaît… чего-нибудь прохладительного.
Мартин дёрнул за кольцо сонетки. Появилась Бертина, выслушала хозяина и, поджав губы, ушла.
Разговор не завязывался. Казалось, что мужчина думает о чём-то постороннем. Да и Ольга не могла сосредоточиться. Его присутствие отвлекало её, как и мысли о том, что случится через три недели. Хотелось просто смотреть на него, сидеть рядом и молчать. Она рассматривала стёганый воротник-шальку и жёлтые деревянные пуговицы на куртке.
— Вы не знали, что ваша подруга стала женой барона Барта Спарроу? — усмехнулся Мартин.
— Quoi?.. Шэйла? Когда? Вы ничего не путаете? — обмерла она. — Святая Дева Мария, с ней всё хорошо? Она жива?
Граф кивнул «жива».
— Значит, он всё же добился своего, — задумчиво произнесла она.
Мужчина сел напротив гостьи. Щурясь, спросил:
— Вам известно, что она скоро родит?
— Я знаю, что она ждёт ребенка и очень обеспокоена её молчанием.
— Позвольте спросить, как часто она вам писала? — в голосе Мартина послышалась искренняя озабоченность.
— Два раза в месяц я получала от неё подробные письма. Последнее получила в середине июня, где она писала, что собирается приехать ко мне в Лузиньян. С тех пор от неё не было вестей. Я писала ей, но ответа не получила. А потом мои последние письма вернулись, и я забеспокоилась, но тотчас выехать в Лондон не смогла.
