В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
А вот один из плодов их любви, неприкаянный, одинокий…
Она больше не будет плакать.
Не надеясь, что ключ остался в замке, Ольга заглянула в замочную скважину. От удивления её брови медленно поползли вверх. Ключ оказался на месте и в нужном положении. Ну не чудо?
Через пять минут она держала его в руке, а через час Флосси принесла ленч.
После недолгой возни у двери она кому-то раздражённо сообщила:
— Хозяин так спешил, что забыл оставить ключ.
Через десять минут дверь распахнулась, и из-за спины её тюремщицы показался долговязый мужчина в поношенной одежде.
Подстраховался, — хмыкнула Ольга, подумав о графе с неприязнью.
Рассматривала молодого крестьянина, чуя, как усиливается желание сбежать — назло всем.
Нет, себе на счастье, — одёрнула зловредные мысли.
Не верила никому.
Чтобы невзначай не опоили сонным зельем, не ела суп, не пила морс. Чашку чая выплеснула в камин, наблюдая, как шипит, испаряясь, вода на поленьях.
Остаток дня провела в библиотеке. Под замком. Рисовала до изнеможения, до чёрных точек в глазах.
Флосси и её сопровождающий навестили её перед сном. Женщина принесла кувшин горячей воды и подбросила в камин поленьев. Перед уходом спросила:
— Ещё чего-нибудь желаете?
— Принесите, пожалуйста, эмм… сонный порошок или травяной отвар… от чего буду спать беспробудно до завтрашнего полудня. Есть такое?
На утвердительный кивок, пояснила:
— Хочу выспаться.
— Какое платье? — уточнила женщина.
— То, что лежит в шкафу в её покое. Цвета морской волны. С жирным пятном на подоле.
— Когда же такое случилось?
— Почти год назад. Перед празднованием дня рождения вашего хозяина. Впрочем, — отмахнулась, — теперь это не имеет значение.
— Ну, тогда ладно, — кивнула Флосси.
Она вернулась через четверть часа с чашкой горячего напитка:
— Как вы просили, — поставила питьё на столик у кровати.
Открыв дверь, задержалась:
— Мадам, не моё дело, конечно, но… то платье… я помню… Его испортила служанка матери миледи. Я видела, как она брала масло в кладовой.
— Селма? — не сдержалась Ольга от удивлённого возгласа.
— Она. Вы её знаете? Вот никогда бы на неё не подумала, если бы не видела собственными глазами. Хоть Мадди мне не нравилась, но свою работу она делала хорошо.
