В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Да, я как та шпионка стала, — закивала она. — Всё подслушиваю да подсматриваю. А куда деваться, Олюшка? Кто та Лала? Имя цыганское что ли и выглядит… — она замолчала, вспоминая, подбирая нужные слова. — Вся в золоте, чернявая, невысокая, глаза такие… бегают туда, сюда, что та гирька на часах-ходиках.
Ольга вздохнула и допила свой чай. Ничуть не удивилась рассказу матери. Среди знакомых Светланы кого только не было. Начиная китайцами, торгующими на рынке одеждой, и заканчивая, вот, цыганами.
— А вчера слышала, что эта Лала собирается свести Свету с какой-то… — мать сосредоточенно замолчала и неуверенно продолжила: — Чириклей, что ли.
Мать завздыхала и покосилась на портрет пфальцграфини:
— Я всё золото, серебро попрятала, и документы с глаз прибрала.
Ольга отметила, как изменилась мать за последние недели. Осунулась, лицо побледнело, в уголках губ углубились скорбные складки, пальцы рук подрагивали. Она накрыла руку женщины ладонью:
— Ты же знаешь, мама, если Светлана что-то задумала — так тому и быть. Пусть пройдёт и через это, раз успокоиться не может.
— Света уже подписала предварительный договор и внесла задаток. Через неделю назначено подписание основного договора. Даст бог, всё сладится.
— Налить ещё чаю?
— Некогда рассиживаться. Забежала к тебе на минутку, соскучилась, — коснулась она щеки дочери. — Поеду назад, дом стеречь от цыган.
Ольга стояла у окна в кухне и смотрела вслед уходящей ссутулившейся матери, пока та не скрылась за углом соседнего дома.
Мысли вертелись вокруг рассказа о цыганках. Неужели Светлана собралась вернуть мужа при помощи заговора? Зачем? Ответ знала: чтобы отнять его у разлучницы, причинить боль и сделать всех несчастными.
Не хотела думать о наведении порчи на Алексея. Последствия подобного, как правило, плачевные. Наказывая другого, ты тем самым наказываешь себя. Возврата не будет. Нужно это Светлане или нет — решать ей. Ольга вмешиваться ни во что не станет.
