Автор
Вдалеке Подмосковье прячется среди живописных лесов и полян. Но здесь начинается история о страсти и разлуке между Аллигатором - властным богачом и обычной девушкой, которая решит дать этому монстра последний ответ. Пролог наступает на 17-й день июня 2019 года — время, когда всё начинается, где бегство кажется неизбежным, но вернуться к опасности может быть только с новыми силами и решимостью....
— Да нам-то хватит, — расстроенно говорит Ритка. — А вот им нет. А взять нас с Катькой с собой они могут только, если у каждого из них будет по девчонке.
— Ну, тогда возьмите Людку, — предлагаю я. — Она не откажется. Уверена.
— Людку? — ошарашенно переспрашивает Ритка. — Ты прикалываешься, что ли? Мало того, что она вся такая правильная, она ещё и стукачка. А мы там на яхте вообще-то повеселиться хотим. Выпить там…
… потрахаться, — кивнув, добавляю я.
— Да, потрахаться тоже, — гордо приподняв подбородок, с вызовом отвечает Ритка.
— А сколько на яхте мы плавать будем? — спрашивает Катька.
— Три дня сказали. А ещё четыре будем в отеле жить. Четыре звезды.
— О, не, — поднимаю ладонь я. — Тогда точно нет. Вот если бы пять, то тогда…
— Оксан! — в один голос осуждающе восклицают они.
— Чего ""Оксан""? Езжайте без меня.
— Без тебя мы не можем, — заявляет Ритка.
— Что ты подруг-то подводишь? — вдруг наезжает на меня Катька.
Я даже оторопеваю.
— В смысле ""подвожу""? Я что, по-твоему, обязана согласиться была?
— Кать, ну плии-и-и-з, — принимается уламывать меня Ритка. — Ну, не обламывай нам кайф, а? Ну, правда. На море скатаешься. Классно же. Ты когда последний раз на море была?
— Вчера, — говорю я. — Во сне.
— А по-чесноку?
— В детстве.
— Ну, вот, видишь! — подхватывает Катька.
— … и овощи с ягодами, — кивнув, добавляю я.
— Да ты прикинь, какая возможность! — восклицает Ритка. — Я думала ты обрадуешься! Я вон как раз в Катьке сомневалась…
— А что ты во мне сомневалась-то? — удивлённо взглянув на подругу, спрашивает Катька. — Я как раз — за любой кипеш, кроме голодовки.
— Окса-а-ан, — тянет Ритка. — Ну поехали, а? Ну, блин, не обламывай нас. Ну, не хочешь ты с этим Стасом мутить — ну, не мути.
— Знаю я эту халяву, — насупливаюсь я. — Понятно, что им нужно.
— А тебе нет? — склонив голову набок, щурит глаза Катька. — Что ты такая недотрога-то?
— Я не недотрога. Просто я…
— Просто что? — перебивает Катька. — Ты так ломаешься, будто тебя в дыру какую-то приглашают выгоны разгружать.
