В ужасающем скачке над городом и за его пределами, невесомое создание излучает необычайную мощь. Оно мчится по черепичным крышам кварталов, сбегая в Сеттльмента с его рациональной геометрией, прежде чем стремительно летит в сторону безбрежных морских просторов и наконец останавливается....
Молодой ниндзя перебежал к самой стене, свернул за угол. Через несколько мгновений высунулся, подал знак: второй телохранитель тоже усыплён.
Можно было подниматься.
Тамба ждал титулярного советника у двери. Но вперёд не пропустил – нырнул первым.
Не долее чем на миг наклонился над спящим, после чего сказал – негромко, но в голос, не шёпотом:
– Входи. Он твой.
Вспыхнул огонёк, зажёгся ночник – тот самый, которым много раз пользовался Эраст Петрович. На футоне, закрыв глаза, лежал Дон Цурумаки.
И постель тоже была та самая…
Тамба покачал головой, глядя на спящего.
– Я сжал ему точку сна, он не проснётся. Хорошая смерть – ни страха, ни боли. Такой акунин заслуживает худшего. – Он протянул Фандорину палочку с заострённым концом. – Кольни его в грудь или в шею. Легонько, чтоб выступила одна капелька крови. Этого хватит. Никто не догадается, что Дона убили. Телохранители будут клясться, что не смыкали глаз. Естественная смерть. Во сне остановилось сердце. Это бывает с чрезмерно полнокровными людьми.
Эраст Петрович смотрел на румяную физиономию своего заклятого врага, охваченный мистическим оцепенением.
– Я не могу убивать спящего, – сказал Фандорин. – Разбуди его.
Тамба вполголоса пробормотал что-то – вероятно, ругательство.
– Хорошо. Только осторожней. Он ловок и храбр.
Коснувшись шеи толстяка, дзёнин отскочил в тень.
Цурумаки вздрогнул, открыл глаза, которые расширились при виде чёрной фигуры с занесённой рукой.
Эраст Петрович сдёрнул с лица маску, и глаза Дона стали ещё шире.
Самое глупое, что мог Эраст Петрович сделать в этой ситуации, – вступить с приговорённым в беседу, но как ударить безоружного, да ещё молча, по-палачески?
– Это не сон, – сказал Фандорин.
Попрощаться попрощался, но удара все-таки не нанёс.
Неизвестно, чем бы всё это кончилось, но титулярному советнику повезло. Дон Цурумаки, человек с крепкими нервами, рванул из-под подушки револьвер, и тогда Эраст Петрович с облегчением ткнул злодея палочкой в ключицу.
Тот странно всхрапнул, выпустил оружие, несколько раз дёрнулся и затих. Меж полуприкрытых век поблёскивали белки закатившихся глаз.
