Автор
В темноте дрожащего солнца в горах, слышится тихий всхлип. Капля воды на пересохших губах пробуждает память. Человек чувствует вокруг себя унывную жару и скрежет камней под ногами. Его душа требует знания, где он находится, что происходит. Алмазная пыль окутывает каждый солнечный луч, придающая мистическую атмосферу таинственности и опасности....
– Скажи честно, тёзка, хочешь своим друзьям в зоне помочь?
– И что для этого нужно?
– Так. Давай-ка присядем и поговорим. Юра, прикажи нам чайку организовать, – повернулся старик к своему телохранителю.
Не выходя из комнаты, Юра быстро связался со своими ребятами, и спустя несколько минут официантка вкатила в номер сервировочный столик. С заметным удовольствием глотнув свежезаваренного напитка, Художник на секунду прикрыл глаза, явно блаженствуя, и, отставив чашку, задумчиво посмотрел на Пашку.
– Лицо новое хочешь? – неожиданно спросил он после минутного молчания.
От неожиданности Пашка поперхнулся чаем и судорожно закашлялся. Юре пришлось пару раз как следует хлопнуть парня по спине, чтобы помочь восстановить дыхание. Придя в себя и утерев слёзы, Пашка растерянно посмотрел на старика и тихо спросил:
– В каком смысле новое?
– В прямом. Ну не хочешь новое, сделаем старое, – пожал плечами Художник.
– Вы издеваетесь надо мной, дядя Паша? – окончательно растерялся Пашка.
– Неужели я похож на шутника, тёзка? – удручённо покачал головой старик.
– Не похожи. Но и на альтруиста вы, дядя Паша, тоже не похожи. Что Конторе от меня нужно?
– Ох, и фрукт ты, тёзка, – криво усмехнулся Художник. – Неужели и вправду думаешь, что ничего просто так не делаю?
– Вы лично, может, и делаете. Но сейчас разговор не о вас, а о вашей работе. Потому и спрашиваю, чего Конторе от меня нужно.
– А почему ты решил, что именно Конторе, а не мне? – с интересом спросил глава Кон– торы.
– Обстановка не соответствует, – усмехнулся Пашка. – Если бы это было что-то личное, разговор бы шёл с глазу на глаз и не в такой обстановке.
– Умён, тёзка. Хвалю. Что ж, всё правильно. Нужно это не мне, и даже не Конторе. Нужно это империи, – вздохнул Художник.
– Дядя Паша, давай сразу договоримся, что разговор пойдёт без этих заходов про ура-патриотизм. Не верю. Его из меня двадцать лет старательно выбивали.
– М-да, тёзка, с тобой не соскучишься, – протянул Художник, бросая на телохранителя Юру несколько растерянный взгляд. – Ладно, давай по делу. Я не просто так про лицо заговорил. Если договоримся, операция будет назначена на ближайшее время. Все анализы уже сделаны. Осталось только дать команду. Но от тебя тоже кое-что потребуется.
– Что именно? – настороженно спросил Пашка.
